Жена на два дня

Слушать-то слушала, но услышит ли?

– Объясняю для непонятливых, – процедил он, строго на нее смотря. – В мире не найдется достаточно серьезной причины, чтобы я позволил моей беременной жене жить непонятно где и непонятно как. Ты будешь жить здесь, и точка! Останешься под присмотром, и это не обсуждается.

Подметил, как у Яны задрожали губы, молча стерпел ее попытку манипулировать им при помощи слез.

– Ты не можешь решать, где мне жить… – проговорила она, всхлипнув. – Плевать на квартиру, я все равно от тебя уйду! Хоть в никуда…

Давид прищурился, смерил ее ледяным взглядом и процедил:

– Тебя вернут…

Яна подпрыгнула на месте, будто ее укусила оса. Вперила в него обиженный взгляд и простонала:

– Ты что, заставишь своих людей тащить меня сюда силой? Или прикажешь не пускать меня за ворота? Ты не можешь так поступить!

Естественно, Давид приказал телохранителям и пальцем Яну не трогать. Даже мизинцем. Еще чего! Трогать его жену мог только он сам. Тем более куда-то тащить. Да он скорее поужинает собственным ноутбуком, чем позволит кому-то грубо к ней прикоснуться. А ну как напугают или, того хуже, сделают больно? Нет, нет и еще раз нет. Но… ей об этом знать не обязательно.

Если это поможет удержать ее в рамках, смириться с неизбежным, он готов еще немного побыть в ее глазах тираном.

– Могу и сделаю, – безжалостным тоном прогудел он. – Только попробуй выйти куда-то без моего ведома, тебя приведут обратно. А будешь упорствовать, я велю не выпускать тебя из комнаты. Хочешь? Нет? То-то же…

– Ты совсем псих? – взвизгнула Яна.

– Я был бы психом, если бы пошел у тебя на поводу, – отчеканил он строго. – Я тебя один раз оставил без должного присмотра, и тебя чудом не изнасиловали! Еще повезло, что Филлинг оказался геем, иначе я не знаю, что бы с тобой было, могла и ребенка скинуть… А потом, если ты помнишь, тебя вообще чуть не украли в сексуальное рабство. И ты мне будешь всерьез говорить, какой я плохой, что держу тебя за каменной стеной? Здесь для тебя старается личный повар, горничная всегда на подхвате, что захочешь, все к твоим ногам…

– Ты же разобрался с «Малинником»! – перебила его нахалка. – И с Филлингом тоже. Нет нужды запирать меня…

Да что ты будешь делать с этой девчонкой. Уперлась рогом, не сдвинуть.

Однако пугать ее тем, что Китанян все еще на свободе и может ей навредить, не хотелось. И без того у Яны одни сплошные волнения.

Давид снова хлопнул ладонью по столу. Громко хлопнул, от души.

– Ты моя жена и останешься со мной! – снова повысил он голос.

Резкий тон возымел действие, Яна снова прикусила язык.

Давид наблюдал за тем, как она менялась в лице. То бледнела, то краснела, но главное – больше не спорила.