Жена моего мужа

Оксана часто повторяет, что «выход из безвыходного положения там же, где вход», и никогда не опускает руки. Вот и сегодня – всего полдесятого утра, а она уже точит скальпель для второй операции.

– Ксюта, зачем принимают преднизолон?

– Чтобы не помереть.

– А если серьезно?

– Серьезней некуда. Перестанешь пить и быстренько тапки отбросишь.

– Значит, если человеку выписан преднизолон, он должен пить его постоянно, не прерываясь? Везде с собой носить, брать в командировку?

– Конечно. Вдруг заедет в такое место, где аптеки нет.

– Может больной забыть про лекарство?

– Маловероятно. Скорее всего была операция на надпочечниках. Такие люди твердо знают, что не принять гормоны для них – полный караул. Чай, не витамины.

– Лекарство дорогое?

– А что сейчас дешевое?

Тоже верно, подумала я, вешая трубку. Что же так напугало Яну? Отчего она спешным образом покинула туалет через окно? Неужели опасность оказалась столь велика, что бедолага забыла не только о вещах, но даже и о необходимом ей лекарстве? Понадеялась потом купить в аптеке? И почему абсолютно спокойно, с отменным аппетитом лопала на перроне пирожки, а потом вдруг запаниковала? Ясно пока только одно – денег у Яны не было. Конечно, Круглый прав, для миллиона долларов не нужен большой чемодан, но в лифчик его все же не сунешь. Сумка и чемодан остались в туалете. Проводница вспомнила, что Яна ехала в купе одна, только в Фоминске, где она вышла, в этом купе появились другие пассажиры. Девушка легла на полку и проспала всю дорогу, Любовь Павловна еле растолкала ее на подъезде к Фоминску. Так что никому по дороге она не могла отдать баксы. Где же они?

Из раздумий вывел телефонный звонок. На другом конце провода оказался злой до невозможности Александр Михайлович.

– Немедленно приезжай ко мне!

– Что случилось?

– Явишься – узнаешь, – пообещал приятель.

Не чувствуя за собой никакой вины, я поехала к нему на работу.

В небольшом кабинете между письменным столом и подоконником примостился Женька, размешивающий ложкой содержимое пластикового стакана с дешевым супом.

– Обедать собрался? – радостно спросила я. – Рановато вроде.

– Кажется, есть хочется, – ответил приятель.

Женька – эксперт-патологоанатом, словом, человек, копающийся в трупе, чтобы установить истинную причину смерти. Профессия наложила несмываемый отпечаток на его характер, и он во всем всегда сомневается. Спросите, какой нынче месяц на дворе? Женька сначала глянет в окно, потом на календарь, затем пролистнет газету и наконец, после долгих раздумий, колеблясь, сообщит: «Кажется, июнь, хотя точно утверждать не могу, мало данных». Работает он с Александром Михайловичем всю жизнь и понимает начальника с полуслова.