Жена моего брата

С нарастающим чувством ледяного бешенства, спускаюсь в гостиную. Скидываю пальто. Блокирую с телефона счета брата. Сажусь в кресло лицом к двери. Я подожду. И порву этого гадëныша!

Глава 26. Гормоны

Я чувствую его. Чувствую как камертон. Внутри меня все дрожит, уверенна он где-то здесь, в доме. Не уехал.

Ну за что мне это всё?… Мало мне бед?

Словно огромная кисть вцепилась в сердце, сжала его в кулак и куда-то тащит. Сопротивляюсь всеми своими душевными силами. Я уговариваю себя: не тот мужчина, не те обстоятельства, не то положение, не то отношение к тебе. Ты замужем, прими то, что есть! Самое главное и глупое, что я даже не могу разобраться, что мне от Демида надо. Потому что мне не надо ничего! Ни внимания, ни взаимности. Наоборот. Но больно-то как…

Больно от того, что он отторгаем теперь моим нутром настолько, что я ничего от него не хочу. Меня раздирает это пополам — эта мучительная тяга и глубокая обида, что он показался мне одним, а оказался совершенно другим. Демоном, да. Не зря его так называет охрана.

Внутри меня такие бои, что едет крыша. Я как полоумная. Вместо того, чтобы спать, прихожу в себя уже в коридоре. Куда ты пошла?!Я не знаю! Не могу больше сидеть в этой комнате. Ты носишь ребенка Родиона, очнись! Ты спишь с ним в одной кровати! Ты его жена! Вернись в комнату! Ищешь встречи с Демоном? Сейчас найдешь, мало не покажется. Как будешь объясняться с мужем потом? Самой-то не противно? Ты помнишь, что Дэм сказал тебе про ребенка? Он не хочет его появления. Твой ребенок лишит его того, что дали ему твои деньги. Отсюда и такие перемены в его отношении.

Ты же не дура, очнись! Что ему нужно от тебя — тайна, покрытая мраком. Но, ничего хорошего — это точно. Держись от него подальше, не провоцируй его внимание! Вернись в комнату. Можно подумать, он туда не зайдет, если захочет! И, как назло, даже Родиона нет дома! Где ты, муж мой?? Почему снова нет рядом, когда нужен?

Эфемерное моë замужество становится реальным только в постели, и, от этого ещё более постылым. С момента, как я узнала про беременность, близости между нами не было. Наверное, я нашла предлог, как её избегать. Но это тоже не приведет ни к чему хорошему. Я это понимаю и тону в безысходности. Ноги ведут меня вниз. На кухню. К ночи тошнота немного отступает, и я могу поесть. Мимо гостиной, где не горит свет, прохожу в столовую и, дальше, на кухню. Открываю холодильник. Не хочется ничего. Кладу руку на живот. Осознаю ли я своё положение? Нет. Кто там? Мальчик? Девочка?

Я вспоминаю наши с Тишей детские фотки. На кого он будет похож? На меня или его? То, что на Родиона — мысли я такой не допускаю. Он будет наш, Ольховский, даже если и будет носить фамилию Черкасов. Нас теперь трое — Ольховских.

В желудке урчит. Я должна его покормить. Мне абсолютно ничего не вкусно.