Жена миллиардера

Мало того, что я тосковала по дому, так еще и безнадежно упускала осень — тот сезон, в который я мечтала оказаться во Франции. В тот миг мне показалось, что мой доктор украл у меня поездку.

— Мы будем ждать, когда доктор выйдет из отпуска, — строго произнес Макс тоном, не терпящим возражений.

Он только что вернулся домой, и мы собирались ужинать. Я вынимала жаркое из духового шкафа, но когда услышала его слова, для меня они прозвучали будто приговор.

— Тебе что, сложно просто отправиться со мной в Париж? — поставив поднос на плиту, повернулась к нему я. — Ведь я полностью здорова!

— Нет, Даша. Не может быть никаких путешествий, пока доктор не подтвердит, что ты не нуждаешься в наблюдении!

— Я не нуждаюсь в его подтверждениях! Когда мы были на приеме в последний раз, все прошло хорошо!

— Да что с тобой? Я не понимаю! Неужели сиюминутный каприз тебе дороже, чем подтверждение твоего состояния?!

Не знаю, что во мне перемкнуло. Но обида на обстоятельства захлестнула огромной волной, и у меня даже не было сил с ней бороться.

Я отбросила прихватку в сторону.

— Я поеду! И ты меня не остановишь! Ясно тебе?

— Что еще за капризы?! Никуда ты не поедешь! Тебя ждет еще одно обследование!

— Достаточно с меня облучений, ясно?! Можешь сам оставаться здесь и дожидаться доктора! Я пришлю тебе открытку из Парижа!

— Мы поедем только после того, как ты пройдешь обследование!

— Теплая осень закончится! В промозглом ноябре я не собираюсь рисковать своим здоровьем! Начало октября — самое лучшее время для поездки!

— Я никуда тебя не отпущу!

— Попробуй меня остановить!

Я швырнула в Макса полотенцем и быстро вышла из кухни. Он бросился за мной следом.

— Да что с тобой?! Ты ведь всегда мыслила рационально! Что происходит?!

Но я его уже не слушала. Выдернув из шкафа чемодан, я начала сбрасывать туда свои вещи.

— Перелет в любом случае назначен на послезавтра! К чему твой спектакль?!

— К тому, что я ухожу!

— А-а-а, ты уходишь?! Попробуй только уйти!

Так на пустом месте разразился настоящий скандал. Мы швырялись вещами, Максим пытался отнять у меня чемодан, а я плакала и колотила его кулаками по спине и плечам.

В какой-то миг Максу удалось завалить меня на кровать.

— Успокойся! — выкручивая руки, заорал мне в лицо он так громко, что у него сел голос. — Мы поедем в твой Париж позже! Или запишемся на прием к другому врачу!

Отшвырнул мои руки в сторону и сел на кровати. Закашлявшись, полез в прикроватную тумбу.

— Кажется, мне нужны не только леденцы от кашля, но еще и валидол, — хватаясь за сердце, зло прорычал Макс.

А я… я сползла с кровати на пол, закрыла лицо руками, и у меня началась самая настоящая истерика. Так горько я еще никогда не плакала.