Жена Эмина. Его наследник

А сегодня я позволила ему взять меня.

Своему кошмару. Жестокому, беспощадному.

Он во мне. Близко спустя годы. Такое возможно?

- Маленькая…

Эмин обхватил мою шею, надавив на подбородок. Поднял мою голову, чтобы я взгляда не смела отвести. И задвигался вновь. Стискивая челюсти до одури, но взгляда не отводя.

Словно ему жизненно необходимо видеть меня перед собой.

Словно он до сих пор не верит, что может овладевать моим телом. Как раньше. Ловить стоны, упиваться ими. Двигаться во мне, наблюдая за тем, как расширяются мои зрачки.

Эмин не верил. Смотрел, вглядывался, питался моими эмоциями, но до последнего не верил. И с каждой минутой его движения утрачивали нежность, возвращаясь к былой жесткости, выверенности.

Нежность потеряла смысл.

Мы ее оба не знали, но сегодня немного научились.

Эмин припал к моим губам, не переставая погружаться в меня. И в глаза не переставая смотреть. Глаза в глаза и член во мне – все, что было нужно зверю в этот миг.

Я прикрыла веки. В ответ на это мужские пальцы сжались на моей шее. Несильно. Эмин погладил тонкую кожу и велел:

- Смотри на меня.

И я смотрела. Я задыхалась от чувств, а он от тесноты. От жажды. От голода.

Во время секса возвращался прежний Эмин - дикий и совсем не нежный, но умеющий дарить удовольствие.

Я до боли прикусила губу – внутри становилось очень тесно. До искр в глазах, до сумасшедшего трения. Мы были на грани. Пальцы Эмина сжимались на моих бедрах все сильнее, движения становились размашистыми, словно это было так тяжело – врываться в тесноту.

- Эмин… - я захныкала.

Тесно. Очень. Жадно, горячо, без сил.

Я притянула Эмина за шею, его горячий шепот ворвался в мои губы:

- Тихо… скоро будет хорошо, моя девочка.

Я тихо застонала и нарушила приказ - на миг прикрыла глаза. В них сперва потемнело, а следом вспыхнул фейерверк. В этот миг губами кто-то жадно овладел, но это стало таким неважным. Главное, что хорошо. Нам сейчас хорошо.

Щеки обдало холодом – они стали влажными, а внутри нестерпимо пульсировало. Так, что я чувствовала каждый его сантиметр внутри.

Эмин не торопился выходить. Сжимал челюсти и разжимал. Моей груди касался, ключицы, бедер. Кожу пронзила боль – его зубы сомкнулись на шее. И не вырваться. Не отпрянуть. Я вскрикнула, уперевшись в твердую грудь. Безнадежно.

Эмин не здесь. Он глубоко, слишком. Там, где мое нутро обхватывает каждый миллиметр его тела. Красивого, большого. Опасного. Его член был во мне до последнего импульса. До последнего сокращения.

Мы уснули под утро. Лишь утром я стала свободна. Эмин откатился на другой край кровати, его веки тревожно подрагивали.

- Если бы солгала, не поверил, - прошелестел еле слышно.

- О чем ты?

Я свернулась калачиком, любуясь его телом. Последний раз. Последнюю ночь.

Необычные ощущения.

Все необычно."

"- Про мужчин.