Жена из прошлого

Сил соображать нет, я утыкаюсь в мужскую грудь, а потом меня в голову бьет мысль, от которой я сначала цепенею, а потом начинаю нервно посмеиваться. Я вспоминаю, что месячные должны были начаться еще неделю назад, я переживала, что это испортит последние дни отпуска, но они так и не пришли, и я о них забыла. Вспоминаю свое плохое самочувствие последние дни и свой сон. Мне становится отчетливо понятно, кого мы ждем все вместе на поляне, и как это здорово.

Становится так хорошо, что я начинаю смеяться, продолжая утыкаться в грудь любимого мужчины, который, кажется, скоро станет отцом.

Только будущий папаша пока не разделяет моего веселья, более того, он на грани истерики, смотрит на меня пораженно, потом хватается за телефон, начинает искать чей-то номер.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

— Врача вызываю. Ты меня вообще пугаешь. Это все разве смешно?

— Очень. И врача беспокоить не стоит. В аптеку ты и сам съездить можешь.

— Могу. Только надо знать точно, чем тебя лечить.

— Я думаю, это не лечится, само проходит, — Егор поднимает руку, явно собираясь спорить, — месяцев через девять.

— Так, даже не думай, — вижу, до него постепенно доходит смысл фразы, лицо его меняется. — Ты хочешь сказать…

Я просто киваю и улыбаюсь.

Потом добавляю:

— У меня задержка, меня тошнит, а еще сейчас мне приснился сон.

— Какой сон? — кажется, Егор так и не пришел до конца в себя.

— Такой сон, говорящий. Что мы втроем на поляне сидим и ждем кое-кого еще очень важного!

— Да. Это самый главный аргумент. Я понимаю. Но, может, ты ошибаешься?

— Может быть. Но мне очень хочется быть правой. Так что в аптеку тебе придется все же съездить, только уже завтра, за тестами.

— Чёрт, если бы не снегопад и ближайшая круглосуточная аптека была бы поближе, я бы побежал прямо сейчас. А так да. Придется терпеть до утра.

— Ага. А что это был за жуткий запах, ты что-то жарил? — спрашиваю я, морща нос.

— Да. Ты так сладко спала, я решил пока приготовить ужин. Я жарил картошку и отбивные.

— И лук, да?

— Да. Я его добавил к мясу. А что? Это от него тебя стошнило?

— Да. Это было ужасно! Жареный лук я больше не ем.

— Понятно. А как ты себя чувствуешь сейчас? — глаза Егора все еще горят тревогой.

— Не знаю, вроде лучше. Но кушать я сегодня точно не буду.

— Ладно. Иди, ложись. Заварю тебе чай.

Я послушно киваю. Мы поднимаемся в спальню.

— Ложись. Антона я сам накормлю и уложу, а ты спи.

— Нет, нет. Я уже выспалась. Я немного полежу, приму душ, а потом жду тебя. У меня на тебя планы!

— Да ты что? А тебе можно? Вдруг ты окажешься права?

— И что теперь? Ты со мной все девять месяцев сексом не будешь заниматься?

— Честно говоря, я об этом мало что знаю. Надо посоветоваться с доктором.

Я смеюсь:

— Ты не знаешь, зато знаю я. Ты забыл? У меня уже был опыт.