Жена неверного инквизитора, или Фастфуд от попаданки

Ты еще и оказалась грязной воровкой.

Он говорил об этом спокойно, без возмущения.

Но его издевательский пренебрежительный тон, наоборот, еще сильнее резал по живому.

Муж подошел близко, нависая надо мной – высокий и сильный, подавляющий.

Еще и форма эта его, блин!

Будь он в гражданском, думаю, был бы чуть менее подавляющим.

Хотя, это вряд ли.

Мне очень хотелось отступить назад, но я не двигалась с места, как будто вросла в него ногами.

– Потратила годовой лимит на обычную для себя ерунду, и решила выкрутиться таким жалким образом? Взяла у меня не деньги, а ценные бумаги, потому что думала, я не замечу? Что брать бумажки – совсем не то, что монеты, воровством вроде как и не считается? Наверное, еще и безумно хитрой себя посчитала? Да, убогая жалкая глупая воровка?

Психологическое воздействие Кайзера было таким сильным, что я буквально ощущала его физически, словно его можно было потрогать руками.

Вот так же он и нечисть в инквизиции допрашивает.

Хлестко, быстро, жестко, бескомпромиссно.

Не давая даже собраться с мыслями.

– Потратила на новые сережки?

Кайзер прикоснулся к изумрудам в моих ушах, небрежно их рассматривая.

– Знаешь, пожалуй, даже похвалю. Дорого и неожиданно со вкусом. Непохоже на то, что ты обычно выбираешь, убогая… Мне совсем не жаль этих акций, которые ты вытащила из моего стола, как последняя дешевка, а потом продала и купила на вырученные деньги эти серьги. Носи их с удовольствием. С полным осознанием того, каким жалким способом ты их заполучила. Кстати, в следующий раз можешь обратиться за подачкой ко мне напрямую – не откажу. Боги учат подавать таким убогим, как ты.

Муж явно намеревался уйти – он сказал все, что хотел.

– Да, я буду носить эти серьги с удовольствием, – гордо сказала я. – Потому что я купила их на собственные, честно заработанные. И я заработаю еще. А ты подбери свои жалкие бумажки. Тут даже больше, чем у тебя было. Считай это подачкой лично от меня.

Я выхватила акции из сумки и швырнула ему в лицо.

Вообще-то я собиралась по-тихому подложить ему их в стол, но…

Да пусть утрется!

Ничуть не смущаясь, Кайзер поднял одну из акций, рассматривая ее на подлинность.

А я с огромным удовольствием заметила, как поменялось мерзкое самоуверенное выражение его лица.

Правда, потом стало хуже, потому что он резким движением он припер меня к стенке и вкрадчиво спросил:

– Если не продавала акции, на что купила серьги, убогая? Твой личный счет уже два месяца, как абсолютно пуст. Ты не подумай, мне просто чисто по-человечески интересно.

По-человечески?

Уж на кого-кого, а на человека Кайзер Роуэн походил мало.

Скорее, на холодного бездушного робота.

– Я продала твои золотые акции на бирже и купила много акций медного рудника.