Жена неверного инквизитора, или Фастфуд от попаданки

С усмешкой я заметила, что она выполнила весь список порученных ей дел.

Молодец, Фига! Может же, когда захочет.

Я покормила своего котеныша овсяной кашей с мясом и разложила принесенные помидоры на широком подоконнике на кухне, сгребя оттуда клетчатую салфетку и фарфоровые фигурки странных пупсов, которых коллекционировала Максимилиана бог знает зачем.

Позже займусь собранным урожаем.

Сейчас меня больше всего интересовали мешочек с фишками и книга – было время рассмотреть их, как следует, пока я одна.

Талмуд, найденный в подполе, был старинным, неприглядным, изрядно потрепанным жизнью, с затертыми страницами и разлохматившимся корешком. На этих желтых страницах витиеватым, очень мелким шрифтом было напечатано множество рецептов и просто советов молодой хозяюшке на разные случаи жизни.

Она здорово напоминала книгу по домоводству времен СССР – у моей мамы была такая. Только явно поновее и посимпатичнее, с цветными рисунками-вклейками.

С виду это была обычная макулатура, но я понимала, что книга не просто так лежала вместе с метлой и фишками на постаменте и ждала меня…

Я сняла очки, тщательно их протерла, раскрыла домоводство на случайной странице и принялась громко, с выражением читать:

– Взять потроха бараньи свежие, сердце, легкое, печень, кишки очищенные, обмыть трижды, дабы кровь вся сошла...

Про себя усмехнулась – неплохой рецепт, только если барана заменить козлом...

И продолжила с выражением читать:

– Нарезать все то кубиками малыми, и в чугунок сложить. Добавить луковицу репчатую, кольцами тонкими шинкованную, корень петрушки и сельдерея, и чесноку зубчика два, мелко порубленных. Залить все водою студеную, чтоб покрыло оное на два перста. Поставить в печь теплую, али на плиту чугунную, томить часа три, не меньше. За полчаса до готовности добавить крупу ячневую иль перловую…

Я продолжила читать, и тут вдруг увидела, что между печатными строками проступают рукописные, написанные расплывшимися чернилами. Почерк был острый, угловатый, и нужно было приложить усилие, чтобы разобрать его.

Сначала строчки были слабые, едва заметные, но затем стали даже ярче напечатанного текста.

Ведьмин ключ, отвори дверь любую,

Для тебя преград не существует!

Далее шло тщательное описание того, какие пассы рукой, как и на каком слове нужно делать, чтобы открыть любой замок. Важна была даже интонация произнесения заклинания – его надо было говорить нараспев.

В конце была маленькая приписка, что Ведьмин ключ не действует на замки, зачарованные с помощью морской соли…

Как я и чувствовала, эта книга оказалась вовсе не руководством по домоведению, а книгой заклинаний!

Вот только, чтобы прочитать зашифрованные между строк заклинания, нужна была очень большая концентрация и сила.