Жена неверного инквизитора, или Фастфуд от попаданки

Бежать!

Бросить все и бежать без оглядки как можно дальше от этого страшного мужчины, затаиться, забиться в какую-нибудь щель в надежде, что он не найдет.

Но я не успела – в дверном проеме возник непроницаемый полог из все тех же зеленых полос.

Он обложил меня со всех сторон!

В отчаянье я взмахнула руками, насылая на мужа проклятия, и одно из них попало ему в плечо, словно черный кинжал, царапнув его по бицепсу.

По рукаву белой рубашки Кайзера расплылось кровавое пятно. Он потрогал кровь пальцами и посмотрел на меня.

На лице инквизитора заиграла остервенелая ухмылка.

Псих!

Я рванула к заднему выходу, одновременно прикрываясь то фиолетовыми вспышками магии, то проклятиями, которые у меня, оказывается, получались просто отлично.

Но зеленая магия Кайзера меня настигла – под прикрытием щита инквизитор набросился на меня и всем своим весом придавил к стене, заломив руки за спину.

Впечатал в стенку тяжелым горячим телом.

Я ощущала, как глубоко и неровно он дышит, как трогает меня, не в силах оторваться.

А в следующее мгновение на моих запястьях защелкнулись металлические наручники, вспыхнувшие ядовито-зеленым светом, который заблокировал мой фиолетовый.

Почувствовала, что он меня больше не держит, и развернулась к нему, разъяренная, как фурия.

– Сопротивление при задержании, попытка к бегству, ранение сотрудника инквизиции… – холодно протянул Кайзер. – Макси, да ты просто огонь!

– Что ты будешь со мной делать?

– Составлю протокол, заключу под стражу и отвезу в инквизицию. В дальнейшем будет разбираться следовательский инквизитор. А дальнейшую же твою судьбу, ведьма, решит королевский суд…

Я стояла перед ним по-прежнему в нижнем белье, а теперь еще и в наручниках, а Кайзер сухими судебными формулировками говорил о тех ужасах, что меня теперь ожидают…

Но я видела, ЧТО было в его глазах.

– Могу я хотя бы одеться? – процедила я. – Или так голой меня и поведешь?

Он подобрал платье, после чего не особо ловко натянул его на меня – получилось вкривь и вкось, потому что мои сведенные назад руки, сцепленные наручниками, мешали.

– Даже хотя бы на минуту боишься их расстегнуть? Ведь я – такая опасная преступница, – облизала губы, глядя на Кайзера снизу вверх.

Он не ответил, заворожено глядя в мои глаза.

Мгновение, которое, казалось, длилось целую вечность и искрило между нами сотнями оттенков диаметрально противоположных чувств…

А в следующее мгновение он набросился на меня с поцелуями.

Протолкнул язык в мой рот, впился твердыми твердыми губами, не давая дышать, опомниться, отстраниться.

Крепко прижал меня к себе, и его руки жадно блуждали по моему телу, сжимая слишком сильно, почти до боли.