Жена неверного инквизитора, или Фастфуд от попаданки

Но затем я ее узнала, хоть и видела только на фотографии.

Это была Ребекка Видаль – мама Максимилианы.

А я видела происходящее глазами змеи, которая заползла в теплицу.

Рядом с ней находился маленький черный котенок, который мешался у Ребекки под ногами, охотясь за лентой на ее платье.

– Эй, Мрак, ну хватит озоровать! – голос Ребекки послышался отдаленно, как будто сквозь толстую стену.

Котеныш выглядел в точности так, как когда я увидела его за оградой психушки. Только что не хромал.

Так вот, почему я никак не могла придумать ему имя – оказывается, оно у него уже было!

Ребекка его не прогоняла, наоборот, смеялась его проделкам, склонившись над грядкой с тюльпанами и удаляя увядшие лепестки цветов.

Последние лучи заходящего солнца, проникая сквозь стекла теплицы, играли бликами на ее рыжих волосах.

И вдруг свет померк.

Тень, не принадлежащая ни одному предмету в этой теплице, сгустилась в углу.

Словно почувствовав что-то, Ребекка обернулась.

И в этот момент тень сгустилась в фигуру, как будто сотканную из ночной мглы. Аморфная, но в то же время смутно человекоподобная, с длинными скрюченными когтями и бездной вместо лица.

Вскрикнув, Ребекка метко швырнула в тварь ножницы, но те прошли сквозь нее, не причинив вреда.

Двигаясь, как рой из мельчайших крупиц тьмы, тварь бросилась на Ребекку.

В ладонях ведьмы возникло фиолетовое пламя, которым она ударила по незваному гостю, но почти не причинила ему вреда.

Мама Макси изо всех сил пыталась бороться, швыряла пульсары магии и кричала заклинания, но эта темная гадина была верткой и сильной.

И хотя я понимала, что вижу картину того, что произошло много лет назад, мне было жутко от того создания, которое раз за разом нападало на Ребекку, которая совсем обессилила, сражаясь с тьмой, которая сгустилась в теплице.

Она была непобедима – лишь один взгляд на это существо наполнял сердце безграничным ужасом и безнадежностью.

В какой-то момент тварь подлетела к Ребекке и его черная склизкая рука погрузилась прямо в ее грудную клетку со стороны сердца.

Лицо матери Макси исказилось от боли, но она собрала последние силы, и перехватила руку твари своей рукой, которая вспыхнула мощнейшим зарядом магии.

Тварь вспыхнула фиолетовым и, распавшись на частицы, вылетела в раскрытое окно на потолке теплицы черным дымом.

А обессиленная Ребекка упала прямо в ворох тюльпанов.

Она умирала.

Но, проживая свои последние мгновения, она пыталась ползти, тянула и тянула вперед руку, пока…

Пока ее скрюченные пальцы не схватились за черный мех котенка, который спрятался на грядке, едва появилась тварь. Все время схватки он просидел там, распластавшись по земле, с совершенно бешенными от страха глазами.