Жена Джалала. Вернуть свое

Все равно у нас сегодня выходной, можешь поспать.

Что-то мне подсказывает, что под выходным он имеет в виду супружеский долг. Не могу поверить, что он действительно решил отнестись с пониманием к моей боли, не настаивая на своем. Джалал не кажется мне таким человеком.

Я быстро беру ночную сорочку с халатом в гардеробной и иду купаться. Жаль, что Элиза не разрешила мне взять с собой свои более закрытые и скромные пижамы, потому что все сорочки очень открытые, но если я буду спать в халате, то это пощадит мою скромность.

Однако, все оказывается не так просто, когда я выхожу из ванной со слегка подсушенными волосами. Джалал осматривает меня с ног до головы и кривит рот.

– Сними халат, хочу увидеть, что под ним, – говорит он, сидя в кресле.

Я нехотя развязываю поясок и сняв, бросаю халат на спинку дивана, оставаясь в длинной шелковой сорочке с глубоким вырезом на спине. Тонкие бретельки перекрещиваются сзади крест накрест, а вырез на груди обнажает все до самой грудины. Если бы у меня была большая грудь, то она оказалась бы выставленной напоказ почти полностью. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы держать руки опущенными по швам и не прикрыться ими.

Джалал пожирает меня взглядом и в его глазах начинает полыхать уже знакомый, пугающий меня огонь. Он беззастенчиво поправляет свой орган, выпирающий сквозь тонкие штаны, отчего я краснею с головы до пят.

– Повернись кругом, – охрипшим голосом требует муж и я медленно поворачиваюсь, показывая ему вид сзади. – Иди ко мне, рыжуля.

Он обманул меня. Какая жестокость! Я по его взгляду знаю, чего он хочет, что собирается делать. Он просто притупил мою бдительность, а сейчас решил воспользоваться своим правом. Бездушный зверь!

В глазах скапливаются слезы, больше от обиды, чем от страха, и я стою, застыв, пока он снова не повторяет приказ подойти к нему. Иду на негнущихся ногах и встав, Джалал обвивает мою талию руками, впечатывая меня в свою голую грудь и жадно пройдясь приоткрытым ртом по шее, после чего следует укус, от которого я дергаюсь с тихим стоном.

– Ты такая сладкая девочка, Аза, – хрипит он у моего горла, покусывая его и пробуя языком, как голодное животное.

Его орган тычется мне в бедро и я обреченно всхлипываю, пытаясь смириться с неизбежностью грядущей обжигающей боли, но муж, вдруг, напрягается и медленно отстраняется от меня, хватая мой подбородок двумя пальцами и заглядывая в глаза.

– Почему ты, блядь, плачешь?!

– Прости, – шепчу я, пытаясь вытереть слезы.

Он разочарованно кривится и отталкивает меня.

– Ты такая нюня, рыжуля. Бесишь! Если я сказал, что не буду тебя сегодня трахать, то не буду. Но это не значит, что я не буду трогать тебя вообще. Почему ты такая дерганная?

Я могу лишь беспомощно пожать плечами, стараясь прекратить плакать.