Жена. Дорого (СИ)

Бессмысленно поводив пальцем по влажной груди Крамера, я выдаю, в общем-то, ни к кому не обращаюсь.

— Какой сегодня был странный день…

Тимур поворачивает ко мне голову и хмыкает:

— Ты из тех, кто любит поговорить после секса?

Я неопределенно пожимаю плечом.

— Если у тебя на это остались силы, значит, я плохо постарался. Лучше отдохни, пока есть такая возможность, я еще не насытился тобой.

Смущенно прячу лицо у него на груди.

— И ты все это хотел сделать со мной с самой первой встречи? — классическая девочка внутри меня не может угомониться. Ей нужно подтверждение своей желанности и неотразимости.

— Линда, при первой встречи твои соски практически выкололи мне глаза. Я неделю не мог заснуть без стояка, представляя, как они выглядят. Какого цвета, какой формы, каковы они на вкус.

Я, конечно, не то хочу от него услышать. Рассчитывала на что-то более романтичное, но будем считать, это мужской вариант романтики. За туфлей же Крамер все-таки прыгал в озеро, значит, не безнадежен.

— Хотя я приятно удивлен. Из-за твоей сдержанности, самоотверженности и терпеливости, я составил о тебе неверное впечатление. Я думал, ты будешь холодна в постели. Такой страсти я не ожидал. Как так получилось, что ты до сих пор одна?

Вздохнув, решаюсь немного приоткрыться. Может, так мы поймем друг друга лучше. И закрыв глаза, совсем неуверенная, что он поймет впускаю его в свою душу.

Глава 24

— Мне изменил парень, — набрав в грудь воздуха, начинаю.

— И что? — удивляется Крамер. — Теперь все мужики — козлы?

Кусаю его за плечо:

— Или слушай, не перебивая, или давай спать!

— Умолкаю, о грознейшая из всех грозных!

— Это было в начале пятого курса… — возвращаюсь я в не самые приятные воспоминания.

Вкратце без особых деталей пересказываю Тимуру всю историю с Кристиной.

— Но на этом, увы, все не закончилось.

— Как любопытно…

— Что тут любопытного? Чужое растоптанное сердце?

— Продолжай, я буду слушать молча, — обещает Крамер.

— После случая с Медведевым, когда я выставила ее из своего дома и прекратила с ней всякое общение, Кристина начала распускать про меня дикие слухи. Такие грязные, что у меня большую часть язык не поворачивается повторить. Смысл их был в том, что я крайне неразборчива в связях, предпочитаю групповой секс, и вообще на мне пробы ставить негде. Она все это распространяла и в универе, и среди других знакомых. Кто-то не верил, конечно, но большинство, знакомое с самой Кристиной и ее образом жизни, думали, что раз она была моей подругой, то у нас были общие интересы. В общем, все, кому хотелось верить в эту грязь, радостно поверили. И ко мне повалили толпы парней за необременительным сексом. Чего я только не наслушалась. Каких-то мерзких предложений мне не делали.