Жена для Полоза

Нескромно подглядывать за тем, что происходит между влюбленным мужчиной и его женщиной.

Откинулся на широкую спинку, заложил руки за голову и неожиданно приятным голосом негромко запел:

Потом покачал головой и пробормотал, проводя кончиком языка по растянутым в хитрой улыбке губам,

— Эх, где моя молодосссть…

Ничего еще не окончено. Дел полно.

И будет еще больше, когда вернется Полоз с молодой женой.

А для двоих, оставшихся в Колыбели нагов, ночь уже перевалила за середину.

Скоро должно было настать их первое утро.

Наверное, снаружи было уже светло. А том в зеленом гнездышке в самом центре островка, куда он ее принес разомлевшую от ласк и сонную, еще царил мягкий голубоватый полумрак. Цветы вокруг, над головой резные листья.

Первобытный рай. И они. Двое после грехопадения.

Как бы долго ни длилось ночь, она закончилась. Настало утро, а вместе с ним и отрезвление. Больше нельзя было обманывать себя.

Оля еще долго не решалась открыть глаза. Мужчина обнимал ее крепко и одновременно нежно, ей казалось, он не спит. Потому она и лежала, затаившись, старалась не шевелиться и дышать как можно тише.

Отголоски страсти все еще тлели между ними, как угли, едва припопрошенные золой. Казалось, шевельнись, и все снова вспыхнет пожарищем. Он ведь знал, что она не спит, Оля это чувствовала. Зыбкое состояние, в котором они пытались укрыть друг от друга необходимость взглянуть правде в глаза. Все изменится, как только будут сказаны первые слова. Но и оттягивать этот момент было неправильно.

Она невеста Полоза. Неприкосновенна. За это смерть, так сказал У-Лэншшш.

Но надо было уже как-то начать, прежде чем слезы начнут душить ее и она позорно разревется. Сделав над собой усилие, Оля тихо спросила:

Молчание. Руки мужчины непроизвольно стиснулись. Он прижал ее к себе сильнее и долгую секунду не отпускал. Потом с неохотой разжал объятия. Встал, отошел к песчаному пляжу и, не оборачиваясь, замер у воды.

Что-то неуловимо изменилось, как будто повеяло холодом. Оля села, подтянув ноги к груди. Было важно, что он ответит. Но мужчина молчал, и между ними повисла странная пуаза. А потом в какой-то момент он голову повернул вполоборота и повел плечами, опуская руки вдоль туловища. Шевельнулись пальцы, как будто он хотел сжать кулаки, но заставил себя сдержаться.

Но как же так?! Она даже мысленно чертыхнулась. Как же так…

А все сходилось. И эта спокойная уверенная сила, и ощущение, что он… Хозяин этой земли. Царь.

Она невольно подкинулась на месте, выкрикнув:

— Ты… Полоз?! — И тут же осеклась.

Ей показалось, или мужчина действительно напрягся и вздрогнул?

Впрочем, она теперь не хотела ничего анализировать. Тонкой режущей нитью начала просачиваться обида. На себя, на У-Лэншшша, на все. Так глупо. Это оказывается, такая игра.