Жена для Полоза

Веселье шло своим чередом, однако несколько гаремных красавиц, которых Ольга сразу отметила, как лидеров местной тусовки, все более явно проявляли недовольство. Видимо, сказывалось количество выпитого ими сладковатого алкогольного напитка, а может, просто желание уязвить оказалось сильнее здравого смысла. Но эти несколько красавиц, сидевшие в центре, затеяли странный разговор. Вроде бы между собой, но достаточно громко, чтобы из присутствовавших на празднике невест услышала каждая.

— Чем эти самки могут привлечь? — с язвительным смешком проговорила одна. — Каких-нибудь несколько лет, и от них ничего не останется. Обрюзгнут, обвиснут. Появятся морщины. Фсшшшш…

— Если бы у них еще крупица ума была в голове. А то там одна похоть.

— И алчность до золота. Думают, все достанется им? Ах-ха-ха…

Снова шипение и смех. Разговор принимал неприятный оборот, на них стали обращать внимание. Вмешалась одна из старших нагинь — смотрительниц гарема.

— Перестань, что ты несешь?

Но гаремную диву не так-то просто было остановить.

— Вот смотрю я не нее, — змеиная красавица прищурилась, глядя прямо на Ольгу. — И не могу понять, почему она носит одежду воина? Откуда она вылезла вообще?

А это уже было прямое нападение. Хотя Оля сидела тихо, по сторонам не глазела и пальцем никого не трогала. Решили, что можно отыграться на ней?

— Довольно! — шикнула смотрительница на нее. — Фсшшш!

— А шшшто?! — взвилась та. — Это из-за нее поплатилась Захрие!

— Ты знаешь, за шшшто. И умерь свой язык!

— Фсшшш! Если бы Захрие удалось, их было бы сейчас на одну меньшшше! — зло сверкнула глазами красавица нагиня.

Как раз в тот момент внезапно воцарилась тишина, и эти слова были услышаны всеми. Она потом еще добавила в полной тишине, пренебрежительно махнув рукой в сторону невест:

— Почему мы должны уступить им?

Звенящее молчание повисло. Вечер явно перестал быть томным.

Ольга вдруг поняла, что речь-то опять о ней. И тут из души поднялась злость. Ей хотелось разнести к чертям это их распрекрасное гнездышко. Раз и навсегда высказать змеехвостым всю правду в лицо. Несколько мгновений все это опасно кипело, но она все-таки сдержалась, проглотила слова, рвущиеся наружу.

И тут неожиданно вмешалась Алтын.

До того она молчала. Сидела изваянием, глядя строго перед собой. Но наверное, именно для таких моментов и воспитывали в ней это непередаваемое высокомерие. Красавица из древнего башкирского рода взглянула на разошедшуюся нагиню как на жалкое насекомое. Мол, знай свое место. А потом негромко, но убийственно презрительно расхохоталась.

Разумеется, произошел ответный взрыв эмоций. Поднялся шкум, вмешались смотрительницы гарема, стража, наги — покровители невест. Один У-Лэншшш стоял в стороне и посмеивался, глядя на это все.