Бывшая жена

Поговорить о чём – то личном в присутствии Кати не удаётся, да и сам Артем угрюм и крайне сдержанно и дежурно поддерживает разговор, который я пытаюсь завязать в этот прекрасный солнечный день.

– Мама, подержи, пожалуйста, вату, а я пока пойду на качели покачаюсь, – раздает она указания и вручает Артёму коляску с куклой. – А ты последи за моей доченькой, она спит, так что т-ш-ш-ш…

Маленькая командирша бежит к детской площадке, оставляя нас наедине, но с конкретными обязанностями…

Я отщипываю кусочек ваты и подношу ко рту Артема:

– Будешь?

– Нет, спасибо, – отворачивается он.

– Как хочешь, – пожимаю плечами и проглатываю сахарную вату. – Ты не в духе… Случилось что-то?

– Случилось, – напряженно выдавливает любимый, пугая меня.

Сладость во рту начинает горчить от плохого предчувствия. Артём поворачивается ко мне и смотрит глазами, полными сожаления и обреченности:

– Лиза беременна.

– Ч-ч-то… – теряю дар речи от такой новости, и вата летит на осеннюю листву."

"– Я узнал об этом два часа назад… – растерянно говорит он и трясёт головой, сам не веря в такой исход. Именно исход, потому что в его взгляде прослеживается решение, которое убивает меня на месте. – Аня, ты понимаешь, что это означает… Я просто не могу.

Уши пробивает гул, а во рту появляется металлический привкус… Я на грани потери сознания. Смотрю на Артёма, и его лицо начинает расплываться.

Конечно, я всё понимаю… Это означает конец. Быстрый конец нашей сказки, в которую мы, глупые, поверили.

Глава 21

Артём

Аня вся бледнеет. В глазах появляется опустошение и безликость. Она отшатывается от меня и удерживает равновесие за спинку скамейки.

Опасаясь, как бы не потеряла сознания, тянусь к ней, чтобы поддержать:

– Ань, давай присядем…

– Не трогай, – огрызается она и отмахивается от меня. – Уходи.

Этого я и боялся. Вновь почувствовать её защитные штыки, которые пали вчера вечером. Я вижу, как ей больно… Но мне больнее не меньше. Я люблю Аню и хочу быть с ней, но беременность Лизы жестко поменяла все планы… Я разрываюсь.

– Прости меня, – выдыхаю с сожалением, не зная, что ещё могу добавить.

Я молча смотрю на любимую женщину, и моё сердце с треском разлетается на куски. Она ведь никогда меня не простит…

Но больше ничего не могу обещать Ане. Я не брошу беременную жену, которой когда-то дал надежду на взаимное счастье по собственной глупости, идя на поводу у больных мыслей. Это моя ответственность.

– Я не могу сейчас бросить её, Аня…

– Что ты сказал? «Сейчас»? – морщится она.

– Да. У Лизы начнётся истерика, если скажу, что ухожу от неё, а это состояние плохо повлияет на ребенка…

– Почему ты оправдываешься? – обрывает мою сбивчивую речь.