Жемчужный остров

Он понимал, что Адриенн манипулировала им, но ему все равно. Если уж быть игрушкой в руках женщины, то именно такой, как Адриенн.

Ник натянул потертые джинсы и вернулся на берег.

Ожидая Адриенн, Ник осмотрел шесты, которые они вбили в песок для хижины.

Через несколько минут он услышал, что Адриенн зовет его. Ник обернулся и остолбенел.

Боже милостивый!

Либо она нарисовала джинсы краской на голых ногах, либо она влезла в них с мылом. Как она может в них передвигаться? Это неподвластно законам физики.

Ник небрежной походкой направился к ней, хотя помимо воли был весь напряжен.

– Ник, – снова окликнула его Адриенн.

Он ускорил шаг, не спуская глаз с ее тесно обтянутых джинсами бедер.

– Да, Адриенн?

– Аккуратнее, а то…

Ник споткнулся.

– …ты споткнешься об этот кусок коралла.

Ник сильно ударился большим пальцем ноги об острый коралл, едва торчащий из песка. Схватившись за ногу, он запрыгал на песке. Из пальца сильно текла кровь. Черт, как больно!

Он упал на песок и стал рассматривать рану. Встревоженная Адриенн поспешила к нему.

Она присела рядом, джинсы плотно обтягивали ее бедра. Да что с ним такое! Если бы он не пялился на ее ноги, то не сидел бы сейчас на песке, морщась от боли.

– Ой! Посмотри на свой палец. Очень больно?

Больно? Да, черт возьми. Еще как. Пропорол палец до самой кости. Катаясь от боли по песку, Ник пробормотал сквозь стиснутые зубы:

– Немного… неприятно.

– Ты сильно порезался. Тебе надо показаться врачу. Может быть, надо наложить швы…

– Здесь нет врача. Дай мне что-нибудь, чем можно перевязать ногу. Если я остановлю кровотечение, то мы не будем менять наших планов.

– Никуда мы не пойдем. – Адриенн наклонилась к нему и поцеловала. Легкое прикосновение к губам заставило Ника на миг забыть о боли. Она погладила его по щеке.

– Ты ужасно ленивый, но все же очень милый. Вчера ты выслушал меня, позволил излить душу. Сегодня мы никуда не пойдем, нужно залечить твою рану. – Адриенн улыбалась. – Я помогу тебе.

Он не заслужил такой заботы. Вот что он действительно заслужил, так это жуткую боль в ноге.

– Ничего страшного, Адриенн. Это всего лишь палец. Не нужно возиться со мной, как с грудным ребенком.

– Я лучше знаю, что надо делать. Ты забыл, что я опытная сиделка. Не двигайся, я сейчас вернусь.

Почему все, что она делает, напоминает ему о страдании, в котором он чувствовал себя виновным?

Адриенн помчалась к бунгало. Ник, провожая взглядом ее соблазнительную фигурку, застонал. Даже боль не могла отвлечь его от мыслей об Адриенн."

"Она вернулась с аптечкой и принялась промывать рану. Ник сжал зубы от боли, пока Адриенн вытирала кровь с пораненного пальца. Он представлял, какими нежными могут быть ее руки, как они могут ласкать, и ему хотелось, чтобы перевязка длилась как можно дольше.