Аравийская жемчужина

– Поехали… Я хочу тебе кое– что показать…

– Поехали?!– ошарашенно переспрашивает Амаль Фахда, глядя на шикарный суперкар, припаркованный у входа, – вот так просто? Без охраны? Вдвоем?

Он озорно улыбается в ответ.

– Даже меня иногда тянет на сумасшествия, Люльти… Все мы неидеальны…

Она садится рядом, вернее, буквально ложится из– за расположения, на анатомическое сидение и сливается с футуристическими формами автомобиля. Фахд врубает басы на полную мощность. Амаль не успевает зацепить ремень безопасности, как они стартуют.

– Боже, это ты?!– кричит она ошарашенно, заливаясь смехом.

– А что тебя удивляет, Люльти? Ты думала, быструю езду любит только Микаэл? – он то и дело смотрит на нее, не сбавляя скорости, и Амаль аж визжит от страха. – Брось, не думал, что ты такая трусиха! В тебе же кровь Увейдатов! Вы все те еще каскадеры– экстремалы!

Она снова обхохатывается.

– Всегда представляла тебя ездящим только с десятком важных охранников в кортеже из внедорожников или Роллс– Ройсов, а здесь… Боже, Фахд… Мне страшно… – закрывает лицо руками. Хотя видно, норадреналин перекрывает ее страх.

– А я всегда представлял тебя рядом при такой езде вместо твоего мрачного старшего братца. В короткой юбочке и вот так же наимилейше боящейся…– снова этот взгляд, от которого все тело дрожит…

Амаль не успевает ничего ответить, потому что Фахд тормозит.

– Хорошего по– немножку, Люльти. Мы приехали… Пора поменять вид транспорта…"

"– Ты серьезно? – спрашивает девушка ошарашенно, смотря на стоящего на привязи в ожидании них верблюда под специальным навесом… Больше вокруг никого нет, но девушка понимает– это иллюзия. У Фахда все продумано до мельчайших деталей. Наверняка, верблюда привели сюда от силы минут пять назад…

– Ну, ты же сказала, что быстрая езда тебя пугает… Вот тебе более спокойный вид транспорта, корабль пустыни, как называли его наши предки…– протягивает ей пакет с абайей. Амаль снова с удивлением смотрит то на него, то на одежду, которую он ей предлагает.

Фахд совершенно невозмутим. Он сам спокойно и умеючи, словно делает это каждый день, обматывает вокруг своей головы арафатку, закрывая нос и рот, оставляя только узкую щель глаз открытой окружающему миру…

– Абайю лучше надеть.