Аравийская жемчужина

– Фахд, я хотела прояснить…– начала строго Амаль, продрав горло, буквально вжавшись в дверь автомобиля, отодвинувшись от мужчины как можно дальше, – тот поцелуй и … то, что мы сейчас в машине одни… Это… неправильно… Не надо, пожалуйста… Я не хочу давать повода…

Мужчина вскинул бровь, слегка ухмыльнувшись. Хотел было что– то сказать, но промолчал, снова отвернувшись к окну.

– Куда мы едем? – спросила, наконец, она, нарушая тяжелую тишину, повисшую в салоне.

– В прошлый раз ты сказала мне, что тебе будет не хватать двух вещей из твоей парижской жизни… Везу тебя в место, которое способно будет утолить твою тоску… – снова протянул руку к ее лицу, нежно провел костяшками пальцев по скуле, но на этот раз без заигрываний, серьезно, сосредоточенно, – мне не нравится твое состояние, Амаль. Ты выглядишь несчастной… Я не знаю, в чем причина, но мне больно на тебя такую смотреть… Давай хотя бы на сегодня ты забудешь о всем дерьме, которое заставляет тебя чувствовать себя такой… Забудь обо всем. Просто наслаждайся… Будет интересно, я обещаю…

Он был действительно сосредоточенным, серьезным и обеспокоенным… Едва заметная морщинка между бровей красноречиво об этом свидетельствовала…

Фахд никогда не врал… То место, куда они сначала приехали, было удивительным, сказочным строением, словно парящим над большой водой… Белоснежным, прекрасным…

– Нет, не может быть, Фахд, – ошарашенно улыбнулась Амаль, крутясь на каблуках и разглядывая объект, запрокинув голову."

"– Да, Люльти, ты не ослышалась. Это достраивающийся филиал Лувра… Здесь будут выставляться экспозиции, принадлежащие музею в Париже. Мы планируем открытие в октябре, через полгода… Но уже сейчас почти все доделано, осталось только утрясти организационно– бюрократические вопросы, согласовать условия хранения экспонатов с музейным фондом Парижа… Ладно, – отмахнулся рукой, – не буду грузить тебя этими деталями. У меня другая хорошая новость. В местном кафетерии будут делать самые вкусные в мире круассаны, Люльти, уж поверь мне, сам дегустировал. Вкуснее, чем ты ела в Париже… Сейчас попробуешь…

Она невольно улыбается, восторженно оглядывая залитые светом помещения. Все почти доделано, остались последние штрихи… Но уже в полной мере можно оценить красоту этого места. Большая вода и резвое солнце– эти две стихии словно наполняют его своей энергетикой, как женщина и мужчина… Фахду нравится нежная улыбка Амаль на губах, которая, наконец, осветила ее красивое лицо. Искренний восторг, блеск в глазах.