Железные Рыцари. Легион

Разве что перебить всех к чёрту и разнести всё нахрен, что как понятно, никому не нужно. Ни к чёрту, ни нахрен.

Более того — та же проблема будет у какой-нибудь абордажной группы или оккупационного отряда. То есть: фирмоментум защищён. Эмик — тоже. А вот что челноки, не говоря о легионерах (или платформах) — нет. И опять же: риск людям, от вырубания до взятия под контроль.

В принципе, у фирмоментума, как у и Эмика, есть возможность «кардинально решить вопрос». Ну так она была с момента обнаружения станции. Нет уверенности что угроза уничтожения для головастиков — непреодолимое препятствие. Обычные люди часто ломают инстинкт самосохранения через колено, а уж про трансхомо, да ещё столь перекорёженных, можно и не говорить. Система их ценностей и приоритетов неизвестна, вплоть до того, что «налюбить мерзкого сапиенса и прибить» — может оказаться смыслом жизни. И, в таких условиях, вопрос «пленения» головастиков, которые сами по себе — оружие, встаёт под вопрос.

— Дукс, — текстом же, причём явно не желая озвучивать перед «штабом», ответил дядя Стёпа. — Я не знаю. Вариант сдачи с их возможностями пугает больше, чем прямое противостояние.

— Меня тоже, Префект. Но не убивать же их поголовно сейчас? Или всё же убить?

— Нет, точно не стоит. Давайте сделаем так, дукс: кроме вас, я на станцию никого не пущу. Причины вы понимаете.

— Попробуйте получить максимум информации. На основании её хотя бы примерно определим, насколько искренняя эта сдача. А дальше — ждём экспедицию Академии. Им живые трансхомо нужны — вот пусть и разбираются.

— Мне торчать на их станции до прибытия экспедиции? — не слишком радостно уточнил я.

— По обстоятельствам, дукс. У меня нет даже недостоверной информации, чтоб вам ответить, — резонно ответил Стефан. — Так что поговорите, допросите. Возможно — имеет смысл взглянуть на какие-то технические узлы этой станции. Разберётесь, я думаю.

— Разберусь, куда денусь, — ответил я.

Головастик стоял, ну точнее, висел в своём монодиске, напоминающем раскрытую устрицу, ждал. А мне оставалось понять, что спрашивать и о чём. Для начала я обратил эмоциональный посыл к Эмику, нет ли у него каких идей. Ну, чёрт знает, не идиот мой Инвиктус, и идеи иногда подаёт. Но в этот раз ответом стало недоумение, причём тоже эмоциональное, без слов. Типа сам разбирайся, пилот. Ну, тут как и с губернатором — разберусь, куда деваться.

— Оружие на станции в небоевое положение приведите, — озвучил я плоды напряжённых размышлений.

— Контрабордажная система приведена в небоевое положение три минуты назад, — пропищал головастик.

Это, очевидно, тогда, когда местные турели прекратили замусоривать свинцом коридор.