Железные Рыцари. Легион

Причём текстом — голосом у меня выходило… Ну в общем, Бронзовый, судя по ощущениям, с некоторой насмешкой, но и беспокойством обозвал меня «реверсивным дурачьём». Потому что слова я произносил задом наперёд, совсем наоборот. Так-то Эмик «правил» эту «ошибку вычислителя», но для доклада его правка не годилась. А с текстом, к счастью, проблем не было.

Дотопали до ангара, я скинул дяде Стёпе полный доклад, да и сказал, что мы «лечиться-отдыхать».

— Совершенно не возражаю, дукс, — ответил губернатор. — Несмотря на ряд сложностей, о части которых я осведомлён, операцию вы провели весьма похвально, если не превыше ожиданий. Лечитесь, отдыхайте.

Ну и выбрались мы из Инвиктусов. И — предчувствия меня не обманули. Не настолько плохо, как могло быть, но и не настолько хорошо, как ожидалось. Видел и слышал я, по счастью, без сбоев. А вот вестибулярный аппарат явно оставил мне записку: «ушёл в себя, вернусь не скоро». То есть, стоять и ходить я мог только держась за опору, да и то с трудом. А без неё — два раза навернулся. Арви даже не захихикала, замечательная такая. А Эмик, сволочь бронзовая, гыгыкнул! Гад такой, припомню, если не забуду!

Ну и проблемы с речью остались. Слышал и понимал я нормально, но изрекал совершенно понятную мне, но непонятную окружающим белиберду. Впрочем, после пояснений Эмика Арви настроила браскомм, став меня понимать. А я стал мимолётно надеяться, что эти последствия побыстрее пройдут. А то вывернутый и вечнопадающий дюк Ульвер — излишне экстравагантно даже для нашего Рода.

Решение проблем с моей мобильностью нашла Арви. Несколько нелогично, смущающе, но довольно… трогательно и в чём-то приятно. И, в конце-концов, я двух девчонок на руках носил, держал и всякое-разное не раз и не два. И Конкретно Кудряшку — тоже. Так что нормально, Арви в комбезе, ей не тяжело, рассуждал я «на ручках». Но всё равно немного смущает…

Но до палат болящих добрались, где некая дама, обследовав удалённо, поставила Арви диагноз «здорова», а мне — «синестезивная дисфункция ЦНС». Это она тонко подметила, но вот её предложение забраться в медсаркофаг меня не устроило совсем.

— И мечаз? — скептически поинтересовался я.

— Простите, что, дукс?

— И мечаз енм в гафокрас? Еикак яинеджервоп но тедуб тьичел?

— Эммм… минуточку. А, поняла. Нет, никаких, но вам необходим сон.

— Зеб гафокраса сьудйобо, в йонтяирп иинапмок!

— Как вам будет угодно, дукс.

— Спасибо, — довольно улыбнулась Кудряшка, беря меня «на ручки».

Ну и… да больше суток, со сном, занимались всяким, этаким и даже разным. Потому что надо было, и не в травме дело, а в деле, которым мы занимались. Аристо, ни аристо, а подобные «мясницкие», причём скорее без кавычек, операции — бьют по психике.