Гордый, жестокий... желанный

— Я думаю, — сказал он, убирая прядь волос с ее лица, — что, пока мы здесь, нам нужно отбросить деловые отношения. Думайте о нас как о друзьях, Санто и Пенни, вместе наслаждающихся заслуженным отдыхом.

— И Хлоя, — быстро добавила Пенни. — Не забывайте о ней.

На самом деле ей понравилось, как в его устах прозвучали их имена, как Тристан и Изольда, Ромео и Джульетта. Встретились ли они, только чтобы тут же расстаться?"

"— Я не забываю, — твердо сказал Санто, — не волнуйтесь. Но когда она спит, когда я не нужен ей, единственный человек, который нужен мне, — вы.

Он не прикоснулся к ней, но их глаза встретились, и Пенни снова не могла пошевелиться. Санто первый отвел взгляд и отвернулся к океану. Пенни смотрела на его профиль. Густые волосы были отброшены с высокого лба, губы, четко очерченные, созданные для поцелуев, были приоткрыты, подбородок — чуть вздернут. Его глаза под густыми бровями могли растопить ее тело и превратить ее в кого-то, кем она не была и кто прямо сейчас хотел, чтобы Санто снова поцеловал ее. Это развратное второе «я» проснулось, когда она встретила его, и ей не нравилась эта ее сторона, так легко поддающаяся соблазну. Конечно, это была самая восхитительная вещь, что случалась с ней, но долго это не продлится, и поэтому это было неправильно.

— Думаю, нам пора возвращаться, — тихо сказала она.

— Потому что вы боитесь?

Да, и очень! Пенни отмела ненужные мысли и широко улыбнулась:

— Мне нечего бояться, но я пренебрегаю своими обязанностями.

— Хлоя еще спит, — напомнил он.

— Может, и нет. Что она почувствует, проснувшись в окружении незнакомых людей?

«И что почувствую я, позволив себе роман с работодателем?» Ответ был прост: она возненавидит себя. Это было совершенно непрофессионально.

— Если вы так обеспокоены, можете идти, — ответил он. — Я еще немного побуду здесь. Вон там лестница, сто шестьдесят две ступеньки. Там есть перила, но, пожалуйста, будьте осторожны.

К разочарованию Санто, Пенни ушла, не сказав ни слова. Он надеялся, что ее напугает длина лестницы, а лифтом она не решится воспользоваться в одиночку. В лифте она ответила на его поцелуй так страстно, словно ей это было нужно так же, как ему. Он не мог предложить ей серьезные отношения, но спать с ней сколько возможно долго он хотел больше всего на свете. А она просто оставила его на берегу, четко дав понять, что не собирается затевать роман. Она поцеловала его, не сдержавшись, но допускать продолжения не собиралась. И все-таки она уже допустила однажды, значит, это могло повториться. Он улыбнулся и следил за ней, пока она не скрылась из вида, потом снова обернулся к океану и вдруг, повинуясь порыву, разделся и бросился в воду.