Желанная для серого волка

— Я тебя помогать и не просила! — вспылила Ярослава следом, толкнув своего помощника в плечо кулаком, а после и вовсе попыталась освободиться от его хватки.

— Совсем сдурела? — рявкнул вдруг взбешённо мужчина.

Я даже с шага сбилась, так жутко это прозвучало. И идти с ними резко передумала. Нервные они какие-то оба. И если бы не взявшая меня за локоть мама, точно бы развернулась и ушла. Но она заметно нервничала, не переставая гладя свой животик, духу не хватило оставить её одну в подобном состоянии.

— Алекс, да что с тобой? — поинтересовалась мама с удивлением.

— Нормально всё, — обронил тот отрывисто. — Яр, ты как? — выдавил из себя взволнованно, остановившись посреди коридора, когда девушку на его руках настиг приступ очередной боли.

— Нормально всё со мной, — отозвалась она устало.

Александр не ответил. Но шаг прибавил. Так и дошёл в угрюмом молчании до самой палаты. Прошёл в помещение и уложил брюнетку на кровать. Убрал с лица белой волчицы спутавшиеся пряди чёрных волос и отошёл в сторону.

— Мне надо выпить, — пробормотал, прежде чем скрылся обратно в коридоре.

Не успел он уйти, как вошла доктор в белом халате. Симпатичная женщина лет сорока пяти с огненно-рыжими волосами, забранными в строгий пучок. В руках она держала ещё один халат и перчатки.

— Мне тоже надо, — припомнила слова Александра роженица, стоило ей увидеть вновь появившуюся, уставившись тоскливо на мою маму. — А это обязательно? — уточнила у неё вкрадчиво.

— Я не знаю ещё одного такого же хорошего врача в Лондоне. Я вообще здесь больше никого не знаю, если помнишь, — виновато отозвалась мама, задирая подол чужого вечернего платья.

Ярослава тяжело вздохнула и запрокинула голову, прикрыв глаза.

— Доброй ночи, — поздоровалась пришедшая со всеми. — Я нужна? — уточнила у мамы, протянув ей принесённое.

— Пока не знаю, — отстранённо отозвался та, сгибая ноги тёти в коленях. — Воды отошли, схватки идут, а вот раскрытия нет. Давай её пока переоденем, — дополнила, нахмурившись.

— Я принесу сорочку, — кивнула рыжая, улыбнулась мне и направилась за названным.

Не было её пару минут. Всё это время в палате стояла тишина, разбавляемая редкими стонами роженицы. Я молчала, потому что просто не знала, что сказать. И вообще не понимала, зачем продолжаю здесь стоять и не ухожу. Остро захотелось взять испытывающую боль девушку за руку, чтобы облегчить её страдания. Желание оказалось настолько велико, что я так и сделала. Хотя то вряд ли ей особо помогло.

— Всё не так плохо, как выглядит, — заметила Ярослава с немного усталой улыбкой. — Ну, по крайней мере, предыдущие пять раз было точно попроще, — то ли пошутила так неудачно, то ли попыталась успокоить меня.

— Пять? — откровенно прифигела я.