Необузданные Желания

Но не сейчас.

Он проводит рукой по пылающей заднице, поглаживая изгибы и напевая. Затем снова переворачивает меня на спину и садится на меня верхом, обхватывая запястья руками.

Деклан обматывает ремень вокруг моих запястий, заправляет концы под него и закрепляет мои руки над головой. Наклонившись к моему лицу, он пристально смотрит мне в глаза. Его самого лихорадит.

— Я буду лизать киску до тех пор, пока ты не заплачешь, умоляя довести до оргазма. Но я не позволю. Ты не сможешь, пока не скажу, что можешь. Поняла?

Я знаю, что эта задержка - часть этого, часть того, как он сделает ощущения для меня намного более интенсивными. Чем дольше я смогу сдерживаться, тем лучше в конечном счете будет кульминация.

Я бы все равно хотела надавать ему по яйцам.

Видя ярость и неконтролируемую похоть в моих глазах, Деклан улыбается. Затем он выпрямляется, расстегивает молнию на брюках и вынимает напряженный член. Он лениво поглаживает его, глядя на меня сверху-вниз.

Деклан продолжает поглаживать его, отодвигаясь назад и становясь на колени между моих ног, затем снова начинает лизать меня, сжимая в кулаке толстый и твердый торчащий член.

Я хочу пососать его. Хочу, чтобы он трахнул меня им. Чтобы Деклан заставил меня подавиться членом, пока будет шлепать ремнем. Я схожу с ума от желания и эйфории, оседлав нарастающую волну удовольствия, когда его язык щелкает и лижет, пока Деклан дрочит, стоя на коленях между моих раздвинутых бедер.

Свет в комнате становится ярче. Грохот волн снаружи становится громче. Глаза закатываются назад.

Ой-ой. Я буду наказана за это. Если мне повезет.

С рывком всего тела и криком, приглушенным его шелковым галстуком, я испытываю сильный оргазм. Киска сжимается, бьется в конвульсиях, и я вжимаюсь всем телом в кровать.

Словно издалека, слышу, как Деклан ругается. Я чувствую рывок, и тампон исчезает. Деклан падает на меня сверху, прикусывая мягкую плоть под соском и проталкивая член глубоко внутрь моего тела с ревом животного, претендующего на территорию.

Обхватив рукой мое горло, Деклан толкается сильно и быстро, пока я кончаю, и кончаю, и кончаю, дико извиваясь под ним.

— Детка. Ах, черт, детка. Мне нравится то, что ты чувствуешь.

Деклан тяжело дышит, входит в меня, трахает, пока переживаю самый интенсивный оргазм. Мышцы задницы сводит судорогой от напряжения. Грань между болью и удовольствием стирается, когда он покусывает соски и сжимает мое горло, пока я не начинаю задыхаться.

Деклан вздрагивает. Стонет долго и низко рядом с моим ухом. Одним последним толчком он изливается в меня, говоря при этом на страстном, искаженном гэльском.

— Tá tú mianach, cailín milis. Mianach.19

Он утыкается лицом мне в шею и шепчет мое имя, как молитву.