В плену желаний

Заполнить повседневными делами внутреннюю пустоту никак не удавалось, зато вполне можно было спокойно прожить еще один день. Девушка ушла с головой в работу в надежде, что это поможет ей восстановить душевный баланс, найти гармонию со своим внутренним миром. Но все ее попытки начать новую жизнь вновь потерпели крах.

Тысячу раз Вера представляла, как Олег приходит к ней: с извинениями, с мольбами, с глазами, полными любви и сожаления, с охапкой алых роз. Эти фантазии казались бессмысленными и несбыточными, глупыми, все больше напоминали мучительный сон, нежели грезу.

И, тем не менее, перед стоял именно Стрельцов. Сердце пропускало удары — то ли от обиды, то ли от его знакомого любимого запаха.

Воспользовавшись замешательством Веры, Олег уверенно шагнул в квартиру, осторожно подвинув хозяйку дома в сторону.

— Ну и о чем ты хочешь поговорить? — спросила она, понимая, что выяснение отношений уже неизбежно.

— Сейчас я скажу «о нас», ты ответишь, что «нет никаких нас». Отличный диалог в стиле мыльного сериала.

— Ну, а ты прояви фантазию, — фыркнула девушка и обхватила себя за плечи. Привычный жест давал пусть иллюзорное, но чувство безопасности."

"— Я хотел тебе объяснить, — Стрельцов шумно вздохнул и исподлобья взглянул на Смирнову.

— Яркая речь! — с издевкой произнесла она. — А теперь, будь любезен, так же нагло, как ты сюда вломился, уходи обратно. Или я звоню в полицию.

Воинственно настроенная, со вздернутым подбородком и нахмуренными бровями, Вера казалась ему еще притягательнее.

— И что же мы скажем полицейским? — Олег печально улыбнулся. — Что два любящих человека решили кардинально решить вопрос? Вторжение к женщине своей мечты — это какая статья?

— Никакая, — Вера ничуть не смутилась. — А вот некоторые вещи, Стрельцов, на пожизненное тянут, без права переписки.

— А я готов понести самое суровое наказание, — Олег выразительно поиграл бровями и тотчас же сменил тон: — Знаешь, мне сначала показалось, что это все — наваждение, потому что ничего подобного в моей жизни никогда не было. А с другой стороны, в моей жизни никогда не было тебя, — он подошел к ней почти вплотную. — Понятия не имел, что с тобой делать. Что вообще с этим делать.

— И ты не нашел ничего лучше, как… — лицо Веры исказилось. Меньше всего ей хотелось показать свою боль тому, кто ее причинил. И все-таки она расплакалась, просто не сумела сдержать внезапно подступившие слезы.

Стрельцов порывисто обнял ее, Смирнова уперлась кулачками в мощную грудь. Вырваться ей не удалось: наверное, потому, что на сопротивление не осталось сил. Не физических — моральных.

— Я не должен был тебя отпускать, — зашептал он на ухо. — И я не должен был пытаться заменить тебя кем-то.