В плену желаний

Допив до конца, она заметила, что дышать стало проще, мышцы расслабились, а все чувства слегка притупились.

Максим забрал из ее рук бокал и, не дав опомниться, притянул к себе, впившись в ее теплые мягкие губы. Без труда скользнул языком внутрь, пробуя ее на вкус. Мирослава, такая нежная и трепетная, на несколько долгих секунд полностью завладела его сознанием, он позволил себе забыться и, прикрыв глаза, полностью растворился в ее близости. Не встречая сопротивления, углубил поцелуй, распаляясь все больше. Как вспышка молнии, в голове мелькнула мысль о том, что он поступает неправильно, но Золотов отмахнулся от нее. Виски и необузданное желание, смешавшись в гремучую смесь, сметали на своем пути голос разума и вдруг проснувшуюся совесть.

Мира не знала, как себя вести, поэтому старалась даже не шевелиться. Ощущала противный запах табака и алкоголя, но вынуждена была терпеть. Она будто впала в ступор, не сопротивлялась, позволяя дерзко и требовательно терзать свои податливые губы. Но не так она представляла себе первый настоящий поцелуй. Все должно было быть как в сказке, нежно и трепетно, а вышло вот так… Вместо принца на белом коне ее тело досталось пьяному, грубому мужлану.

Язык Максима безраздельно хозяйничал в ее рту, яростно лаская его полость, но Мирослава не сумела заставить себя ответить, возникло лишь одно желание — сплюнуть и почистить зубы. Подсознательно она хотела волшебства, как в книжках, чтобы бабочки разлетались по телу, но реальность была далека от ее мечтаний — слишком мокро, слюняво и противно. Вся гамма чувств смешалась в одну тягучую массу, постепенно затягивая хрупкую девушку в бездонный омут. Новые, неизведанные ранее ощущения, такие острые и насыщенные, но вместе с тем ужасно неприятные. Ей категорически не нравилось все происходящее, но она не смела возразить, внутренне содрогаясь от омерзения, мужественно выносила обрушившиеся испытания и ждала, когда же они закончатся.

Еще какое-то время Золотов жадно владел ее губами, но, так и не получив желанного отклика, оттолкнул девушку от себя, и Мира поспешно вытерлась рукавом платья. Заметив ее действие, Макс сильно разозлился. Он считал себя хорошим любовником, а поведение этой девчонки задевало его самолюбие. Тяжело дыша, налил себе виски и, залпом осушив бокал, сурово посмотрел на Мирославу.

— Танцуй, — громко крикнул он и, взяв со стола пульт, включил первую попавшуюся мелодию.

Московская область. БО «Васильки»"

"Громов вошел в бар и, привычно осмотревшись в поисках своих девушек, сел за барную стойку. Заказал себе пиво и взглянул на часы — еще только восемь вечера, а в зале уже яблоку негде упасть. Неприятное чувство не покидало, он ощущал себя подлецом из-за того, что отвел Миру к Золотову.