В плену желаний

Нужно выбрать наряд и привести тебя в порядок.

Осмотрев висевшие в шкафу вещи, Ира уверенно заявила, что ничего из предложенного никогда в жизни на себя не наденет. Вся одежда была вульгарна и слишком откровенна. Романова не привыкла так одеваться, но Инге все же удалось уговорить ее примерить несколько нарядов. Темно-синее платье отлично село по фигуре, нежно обтягивая женские прелести, но оно оказалось слишком коротким. До такой степени мини-юбку Ирина носила только в институте, во времена своей молодости, поэтому решительно отмела этот вариант. Второе же платье из бледно-голубой струящейся ткани было длинной чуть выше колен, но имело глубокий V-образный вырез, едва прикрывающий упругую грудь.

— Ир, без вариантов, остальные еще откровеннее, — пыталась убедить ее Томилина.

Тяжело вздохнув, Романова еще раз придирчиво осмотрела свое отражение.

— Ну это лучше, чем предыдущее, — протянула она и с надеждой спросила: — А иголка с ниткой есть?

— Сейчас поищу, а тебе зачем? — не сообразив, поинтересовалась Инга, поочередно открывая шкафчики в поисках желаемого. — О, вот и она! — девушка протянула Ирине коробку со швейными принадлежностями.

— Ушью немного вырез, и будет нормально, — невозмутимо пояснила Ира и, сняв с себя платье, села поближе к окну.

— Ну ты и выдумщица, — засмеялась Томилина и начала выбирать себе наряд на вечер.

Глава 22

Московская область. БО «Васильки»"

"Весь день Громов был как на иголках. Чем меньше оставалось времени до восьми часов, тем сильнее он нервничал. Вывести Ирину в бар означало подвергнуть ее серьезной опасности, но Тимур не хотел так рисковать, и, если бы у него был выбор, он сделал бы все возможное, чтобы отгородить ее от этого. Ему невыносима была даже мысль о том, что несколько десятков извращенцев будут рассматривать ЕГО женщину, а уж если кто-то попытается дотронуться до нее…

Приняв душ, он оделся в соответствии с дресс-кодом и подошел к окну, устремляя взгляд куда-то вдаль. Кроме всего прочего, возникла еще одна проблема — Бушин. Он явно дал понять, что заинтересован Ирой, и во что это может вылиться, Громов не знал, но четко понимал — нужно готовиться к любому исходу. Невольно представил Ирину в руках Гитлера и нервно содрогнулся. Ни за что не допустит этого — слишком любит, чтобы позволить причинить ей боль.

«Люблю?» — мысленно переспросил он сам себя и попытался подобрать другое слово, но ничего на ум не приходило.

— Люб-лю, — вслух повторил Тим, смакуя каждый слог.

Он вспомнил все: от их вынужденного знакомства до недавнего безумного поцелуя. Перед глазами мелькали разные картинки, подтверждающие его ощущения.