В плену желаний

Он боялся разорвать зрительный контакт, боялся, что, отпустив ее сейчас, потеряет навсегда, так и не добившись доверия.

— Пока ты находишься в таких условиях, — Тимур указал на решетку в окне. — Я не могу тебя защитить. Кроме Андрея, тут много отморозков, и каждый из них может сделать с тобой все, что захочет.

Ему было важно, чтобы Ира поняла его правильно, а не делала поспешных выводов.

— Тимур, неужели ты не понимаешь, что просишь меня о невозможном? Как я могу стать проституткой? Ты слышишь себя? — вытирая непрошеные слезы, тараторила женщина. — Да я лучше умру, чем позволю всяким уродам прикасаться к своему телу!

— Я знаю, — серьезно ответил Громов и приподнял ее голову за подбородок. — Я обещаю что-нибудь придумать.

— Да не надо ничего придумывать, меня, скорее всего, уже ищут и вот-вот найдут, — предположила Романова. Она пыталась убедить в этом и его, и себя.

— Не найдут, — сквозь зубы проговорил Тимур. Он знал чуть больше, чем Ира. Пока он не соберет информацию о Хане, никто никого не найдет. Тим не сомневался, что Дымов обо всем позаботился, и записей с камер нигде не осталось, как, в общем-то, и следов несчастной судьи. Вероятно, следствие уже закончилось, так и не успев толком начаться.

— Ты просто не знаешь, какая шумиха поднимется, когда обнаружится пропажа судьи, — наивно продолжала доказывать Ирина, даже не подозревая, что Громов уже давно работает в органах и знает всю эту кухню не понаслышке.

— Знаю, — устало прошептал он. — Здесь тебя не найдут.

Тимур говорил спокойно и уверенно. У Иры не осталось аргументов, чтобы спорить с ним. Где-то в глубине души она понимала, что он прав, но все еще цеплялась за призрачную надежду.

— Но…

— Ир, — перебил ее Тим, нежно проведя пальцами по щеке. От этой мимолетной ласки дыхание ее перехватило. — Просто доверься мне и сделай, как я прошу, — а от вкрадчивого голоса мурашки разбегались по коже.

Романова смотрела в его глаза, как завороженная, мысли путались в голове. Его голос, такой родной и знакомый, заставлял ее подчиняться. Уже не было сил сопротивляться. Ирина не могла больше противостоять ему. Как оказалось, слишком сильную власть над ней имел Громов.

— Я… Я не знаю, — предприняла еще одну попытку освободиться от незримых чар Ира, но Тимур не позволил. Скользнул губами по щеке, прокладывая нежную дорожку к уху, и прошептал:

— Верь мне… Пожалуйста…

Ирина на несколько секунд замерла, зажмурив глаза, но не сумела справиться с собой и прильнула к Тиму, полностью признавая свою капитуляцию. Громов облегченно выдохнул, сжимая в объятиях податливое женское тело. Теперь все будет хорошо, он придумает, как уберечь ее.

— Ириш, мне, правда, пора идти, — с сожалением сказал Тимур, нехотя разжимая руки.