В плену желаний

"

"— Тань…

— Убирайся, я сказала!

Петя взял папку, лежащую на комоде, и, еще раз взглянув на Татьяну, вышел из квартиры.

Все еще тяжело дыша, Куликова пыталась собраться с мыслями, но беспорядочный поток бессвязных картинок атаковал ее, не позволяя сосредоточиться на чем-то одном. Ее сложно было вывести из себя, и при любых других обстоятельствах она бы даже не повысила голос, но сейчас, когда Петр надавил на открытую незажившую рану, сил терпеть эту боль просто не осталось, и Таня не выдержала. Но что теперь делать и как выбираться из сложившейся ситуации, она не знала.

Московская область. БО «Васильки»

— Ты давно здесь? — вдруг спросила Романова, нарушая угнетающую тишину. Она успела привыкнуть к веселой болтовне соседки, но сейчас та хранила молчание, заставляя Иру чувствовать себя не уютно.

Инга повернулась и внимательно посмотрела на нее, будто прикидывая, стоит ли рассказывать правду.

— Два года, — все-таки ответила Томилина, переведя взгляд в потолок.

— А как ты сюда попала?

— Очень нужны были деньги, нашла в интернете объявление и позвонила.

— Что, прям так, по объявлению? — не поверила Ирина, ей это казалось чем-то на грани фантастики. — Вакансия… Кхм… Проститутки? Прости, — осеклась она.

— Да все нормально, не переживай, — улыбнувшись, сказала Инга. — Я же знала, куда шла. Объявление на должность администратора, но с достойной зарплатой…

Затем Томилина поведала соседке, как пришла на собеседование и заключила контракт с Бушиным на крупную сумму денег.

— Для чего может понадобиться столько денег, чтобы по собственному желанию стать проституткой? — удивилась Ира, ей сложно было понять сегодняшнюю молодежь. Как можно торговать собственным телом? А как же честь и достоинство?

— Все в жизни бывает, и безвыходные ситуации тоже. У меня есть маленький сын, он сильно болел, нужна была дорогостоящая операция за границей и долгая реабилитация. Муж нас бросил, как только узнал о диагнозе, а мы вдвоем с мамой не могли найти такую сумму, вот и пришлось чем-то жертвовать. Но я ни о чем не жалею, главное, что я смогла ему помочь.

— Господи, какой кошмар, — Романова села на кровать Инги и накрыла ее ладонь своей, чтобы хоть как-то поддержать. — Прости, что затронула эту тему.

— Ничего страшного, тем более, все позади.

— Выздоровел? — Ира сопереживала Томилиной и ее сыну.

— Да, я звонила маме недели две назад, все было хорошо. Последний этап реабилитации прошел хорошо.

— Звонила?

Ирина думала, что все средства связи запрещены на базе.

— Ну да, тем, кто работает по своей воле, разрешают иногда связываться с близкими, чтобы не вызывать подозрений, в присутствии управляющего, разумеется. Я, например, сказала маме, что работаю за границей и приехать никак не могу.