Отель желаний

А мне за это даже не заплатят! Всё пойдёт в уплату долга! И? Сколько я буду отрабатывать такую огромную сумму? Год? Два? Три? А жить на что?

‒ Раньше надо было думать, ‒ говорю спокойно, даже равнодушно, не желая вступать в бессмысленную полемику, и тратить нервные клетки на очередную порцию нравоучений.

‒ Может, ты поговоришь с боссом ещё раз? Снова предложишь погасить долг за меня?

‒ Хорошо. Поговорю.

‒ Правда?

‒ Да. Как только Кретов будет готов уделить мне время. ‒ Да-да, где-то между поцелуями и стонами будет несколько секунд на серьёзную беседу с Лисом. Даже представляю эту абсурдную картину и беззвучно хихикаю.

‒ А квартира?

‒ Сняла с продажи после того, как Кретов категорически отказался от моего участия в данном мероприятии.

‒ Систер, может, всё-таки продашь нашу хату? А потом, по факту, боссу деньги предложишь? Мол, вот бабло и брат свободен. А?

Закрываю глаза, понимая, что ни черта до Миши не дошло. По-прежнему строит из себя наивного, глупого мальчика, не желающего отвечать за собственные действия.

‒ Он не возьмёт. ‒ Потому что возьмёт моё тело и будет пользоваться, сколько пожелает. ‒ Но я попробую снова озвучить своё предложение.

‒ Зачем озвучить? Продай и предложи по факту! ‒ Как всё просто: продай и мы оба останемся без жилья. Идиотизму Мишиным идеям нет предела.

‒ Так и сделаю. По крайней мере, попробую.

‒ Да?

‒ Да. Прямо сегодня и займусь данным вопросом."

"‒ Систер, ты чудо! Надеюсь, ты всё сделаешь быстро и сможешь вырвать меня из лап людей, заставляющих тяжело работать! ‒ Делаю себе заметку: попросить Лиса загрузить Мишу работой по максимуму, чтобы даже думать времени не оставалось.

‒ Конечно, Миш. Обязательно. Пока.

‒ Пока. Я жду!

Разочарование… Наипротивнейшее чувство, обволакивающее мерзкими щупальцами тело и проникающее в душу, заполняя её до краёв. Гадко осознавать, что брат, единственный родной человек, даже в такой ситуации заботится исключительно о собственном благополучии. Только «я», только «его» проблемы и желания, мысли и переживания. Кажется, он не испытывает братских чувств, равнодушно реагируя на события в моей жизни. Обидно до слёз. Глубоко внутри вспыхивает злость на близкого человека, который никогда не станет для меня опорой, оставшись тяжким бременем на долгие годы.

Удостоверившись, что Миша по-прежнему находится в привычном для него состоянии тотального пофигизма и невероятной заботы о себе любимом, включаюсь в рабочий процесс, возвращаясь в холл отеля.

Весь день персонал приходит с вопросами и пожеланиями, которыми мы давно не обменивались. Марк Захарович прислушивался к мнению персонала, периодически модифицируя рабочий процесс и осваивая новинки, появляющиеся на рынке. Вот и сейчас устраиваю общий сбор для внесения изменений.