Ночные желания

Тесс понизила голос до заговорщицкого шепота.

— Извините меня за, возможно, слишком нескромный вопрос: принесли ли вам пользу рекомендации Фанни?

— Пока еще слишком рано делать выводы, — правдиво ответила Мадлен. — Но я все еще питаю большие надежды. И, несомненно, Фанни безмерно увеличила мою веру в собственные силы, что не так уж мало, если учесть, насколько наивна я была в вопросах взаимоотношений с противоположным полом до замужества.

— Спасибо вам, — сказала Тесс искренне. — Мой траур уже закончился, и я намереваюсь теперь заняться обустройством своей личной жизни, так что привлечение Фанни в качестве консультанта мне представляется удачной мыслью.

Поскольку к ним присоединилась Джейн Карузерс, девушки не смогли продолжить этот разговор, но Мадлен теперь не терпелось поближе познакомиться со своей интересной коллегой.

Совсем по-иному Мадлен вынуждена была вести себя с родственницами Рейна. Для нее явилось полной неожиданностью появление в Ривервуде обеих его сестер.

Они приехали посмотреть на нее и оценить, чего она стоит, так предположила Мадлен. К ее сожалению, Рейн опять отсутствовал, еще утром уехав по делам в Лондон.

По пути в гостиную, куда Брэмсли провел дам ожидать ее выхода, Мадлен пыталась припомнить все, что она смогла узнать о них за прошедшую неделю замужества. Пенелопа была старше Рейна на два года, а Дафна примерно на столько же младше. Обе сестры были замужем за баронетами, что давало Пенелопе право называться леди Тьюксбери, а Дафне — леди Ливермор.

Женщины были достаточно красивы, отметила Мадлен, входя в гостиную, обе брюнетки с синими глазами, как и их брат, но гораздо ниже ростом. Сестры напряженно выпрямились на стульях, как будто бы присели ненадолго и вскоре собирались встать. И с первого же взгляда они показались Мадлен такими же высокомерными и деспотичными, как и вдовствующая графиня Хэвиленд.

Казалось, что Пенелопа и Дафна также не имели склонности отнестись к ней более сердечно, чем их бабушка. Судя по произнесенному ими сухому приветствию, та не смягчила своей неприязни по отношению к Мадлен, подумала девушка с холодеющим сердцем. Видимо, она по-прежнему считалась недостаточно хорошей, чтобы быть принятой в семью Хэвиленд.

Однако ее улыбка была дружелюбной, а тон вежливым, когда она заговорила с ними, выражая свою радость по поводу прибытия сестер в Ривервуд и их знакомства.

На ее вопрос, не желают ли они подкрепиться, Пенелопа ответила поспешно:

— Спасибо, не нужно. Мы не останемся здесь надолго. Мы только лишь хотели увидеть, что за женщину выбрал себе в жены наш брат.

И после недолгого замешательства прибавила:

— Должна признаться, вы нас удивили.

— Во-первых, вы значительно старше, чем ожидалось.