Не бойся желаний

– Подожди… Ты слышал?

Тэд начинал злиться:

– Хорошо, вызовем заодно «Скорую»…

– Ты не понимаешь! Она жива… Надо помочь…

Тэд не успел ее поймать. Варвара побежала через кухню.

Зайкова не знала, что стонет. Глаза ее были закрыты, с губы тянулась ниточка слюны. Она пребывала в глубоком обмороке. На стуле ее держали стяжки. Красного цвета. Они прижимали ее к ножкам и спинке стула лучше веревок. Запястья и лодыжки тоже стянуты красными полосками, врезавшимися в кожу. На левой руке виднелся засохший разрез. С него на пол натекло бурое пятно.

Варвара прикоснулась к шее. Пульс был. Медленный, но живой. Кожа прохладная и мягкая. Зайкова спала.

– Срежь стяжки, – шепотом попросила Варвара.

– Нельзя ее здесь оставлять…

– В больницу в таком виде везти нельзя… Вызовут ментов.

– Больница не нужна, ее опоили снотворным.

– Попробовала на себе… Есть чем разрезать пластик?

Тэд колебался. Зайкова издала глубокий жалобный стон, как обиженный ребенок. Тэд вынул из кармана швейцарский ножик и стал методично резать путы. А Варвара пошарила на холодильнике. И даже привстала на цыпочках. Пакет со стяжками исчез. Видимо, пригодится еще. Зачем оставлять хорошие и редкие стяжки красивого красного цвета.

Последняя стяжка лопнула. Зайкова повалилась мешком, Тэд успел. Он поступил как настоящий спасатель: взял спящую на руки и понес из кухни. Варвара невольно залюбовалась: вот героический мужчина. При этом испытала нечто вроде укола ревности. Совсем крошечного. Еле заметного. Но все же…

На лестнице Тэд прислонил Зайкову к стене и попросил придержать ее, пока он возится с замком. Варвара подхватила тело и обнаружила, что хрупкая девушка не пушинка. А Тэд нес ее как игрушку. И снова поднял на руки, будто она ничего не весит. Он нес ее, как ребенка, до машины. Зайкова свернулась клубочком, уткнувшись лицом ему в плечо. Казалась маленькой и беззащитной. Варвара шла следом за ними. Ревность покалывала.

Митя выскочил из машины, принялся охать и причитать. Тэд приказал ему заткнуться, что было исполнено чрезвычайно послушно.

Зайкову Тэд усадил на заднее сиденье и легонько похлопал по щекам. Девушка вздрогнула и открыла глаза. Первым, во что уткнулся ее взгляд, оказалось суровое лицо аспиранта Ванзаровой.

– Варвара Георгиевна? – пробормотала она. – Я что, зачет проспала?

Официантка поставила на стол четыре бокала коньяка и столько же чашек очень крепкого эспрессо. Спросила о других желаниях гостей и отошла, прижимая к груди поднос. Про себя подумала: «Что за странная компания? Мужчина авторитетного вида, какой-то мокрый субъект, суровая девушка и барышня странного вида с большим пластырем на руке, мутным взглядом и отчетливыми синяками на скулах. Компания похожа на героев фильмов про зомби.