Желание

– Вы не получали вестей от Луанн? С тех пор, как она уехала на Гавайи?

– О том, что я узнала от врача, я ей еще не говорила, если вы об этом спрашиваете.

– Так обидно, что это происходит с вами, – признался он. – Честное слово.

– Не только вам. Окажите себе добрую услугу: ни вздумайте заболеть раком, особенно в те годы, которые принято считать расцветом жизни.

Он склонил голову, и она поняла, что у него нет слов. Шутки о смерти помогали ей держаться и управлять эмоциями, но был у них и минус: никто не знал, как на них реагировать. Наконец Марк поднял голову.

– Сегодня Луанн прислала мне эсэмэску. Пишет, что вы на ее сообщение не ответили.

– Я сегодня еще не проверяла телефон. Что там было?

– Напоминание, чтобы вы посмотрели, что в открытке, если еще не сделали этого.

– Если хотите помочь мне найти ее, то она, наверное, где-то на столе.

Марк поднялся и начал перебирать бумаги в лотках, пока Мэгги рылась в верхнем ящике стола. Она еще продолжала поиски, когда Марк вытянул конверт из стопки счетов и протянул ей.

– Она самая, – едва взглянув на конверт, ответила Мэгги. – Надеюсь, Луанн подарила мне не сексуальное полароидное селфи.

У Марка изумленно раскрылись глаза.

– На нее это не похоже…

– Шучу. Просто хотелось увидеть, как вы отреагируете, – она открыла конверт; внутри лежала изящная открытка с напечатанным поздравлением и короткой припиской от руки, где Луанн благодарила Мэгги, «работа с которой – сплошное удовольствие». Она всегда тщательно строила предложения и выбирала слова. В открытку были вложены два билета на постановку «Щелкунчика» Нью-Йоркской балетной труппы в Линкольн-центре. Вечером в пятницу, через два дня.

Мэгги вынула билеты и показала их Марку.

– Хорошо, что вы мне напомнили. Еще немного – и они стали бы просроченными.

– Прекрасный подарок! Вы видели этот балет?

– Всегда хотела сходить, но так и не собралась. А вы?

– Хотите составить мне компанию?

– А что такого? В награду за то, что вам приходится работать допоздна.

– Ваша история мне тоже понравилась, хоть вы и остановились на самом напряженном моменте.

– Не рассказали, что было потом, как протекала дальше ваша беременность. О том, как начали складываться ваши отношения с тетей. О Брайсе. Вы, как я понимаю, согласились, чтобы он был вашим репетитором, и что же? Он помог? Или подвел вас?

Когда Марк произнес это имя, она вдруг с изумлением поняла, что с тех пор, как провела несколько месяцев в Окракоуке, прошла почти четверть века.

– Вам правда интересно узнать остальное?

– Правда, – подтвердил он.

– Потому что это помогает мне лучше понять вас.

– Я знаю, вы говорите с Абигейл каждый день. Можете рассказать ей о моих прогнозах.

– Я бы лучше не стал. Это… ваше дело.

– А она смотрит видео?

– Тогда все равно узнает.