Желание

И всегда, прежде чем нажать спуск, делала паузу и опускала фотоаппарат. Мысленным взглядом я уже видела, какие получатся снимки, и знала, что в них не будет ничего особенного, поэтому не хотела зря тратить пленку.

Примерно в это же время я уловила, что атмосфера в деревне изменилась. Она казалась уже не призрачной и сонной, а непривычно деловитой. Почти на каждой улице я слышала зудение дрелей или стук молотков, а когда проезжала мимо продуктового магазина, заметила, что все места на парковке заняты, и не поместившиеся машины выстроились вдоль улицы. Мимо меня проезжали грузовики с досками, а на крыше одного из магазинов, где продавали товары для туристов – футболки, воздушные змеи, – я увидела человека, который крепил брезент. Одни суда были привязаны к пристани десятками канатов, другие отведены подальше в гавань и стояли на якоре. Все это явно означало подготовку к норд-осту, и я вдруг поняла, что мне представилась возможность сделать серию снимков, объединенных общей темой – цикл под названием вроде «Люди перед бурей».

Боюсь, я слишком увлеклась, хотя у меня в запасе имелось всего двенадцать попыток. Поскольку никаких признаков веселья в окружающих я не заметила, одну только мрачную решимость, я старалась как можно осторожнее целиться в них объективом и в то же время помнить все, чему меня учили Брайс и его мама. Хорошо еще, что в целом освещение было неплохим – сгустились плотные, серовато-черные тучи, – и я, сверившись к экспонометром, вглядывалась в видоискатель и меняла положение, пока наконец не добивалась нужной перспективы и композиции. Мысленно я возвращалась к снимкам, которые изучала вместе с Брайсом, затаивала дыхание, старалась держать фотоаппарат совершенно неподвижно и осторожно нажимала спуск. Я понимала, что потрясающими мои фотографии вряд ли получатся, но надеялась, что одна или две окажутся достойными, чтобы их сохранить. Примечательно то, что в тот раз я впервые снимала людей в их повседневной жизни – рыбака, который, кривясь от натуги, крепил тросами лодку; женщину, которая несла ребенка, сгибаясь под порывами ветра; худого морщинистого мужчину, стоящего с сигаретой перед заколоченной досками витриной магазина.

Я фотографировала все обеденное время, прервавшись только для того, чтобы зайти в магазин за сэндвичем, когда погода заметно испортилась. К тому времени, как я вернулась к тете, у меня остался всего один неотснятый кадр. Тетя приехала из магазина раньше обычного, я издалека заметила ее машину на дорожке, но саму ее не видела, и приблизилась к дому как раз в тот момент, когда рядом затормозил пикап Брайса. Он помахал мне, у меня часто забилось сердце. Рядом с ним в машине сидел отец, и я разглядела через стекло Ричарда и Роберта.