Желая тебя

— Я так понимаю, мы будем любовниками только до тех пор, пока вместе расследуем обстоятельства взрыва в лагере?

— Правильно понимаешь. Так или иначе, мне кажется маловероятным, что наша связь продлилась бы дольше.

Ну, что ж, она права. Правда, Даниэлю показалось, что Джози, похоже, уже вышвырнула его из своей жизни, и от этого внутри него все переворачивалось. И хотя у него не было иного пути, кроме как быть с ней честным, последствия этой искренности ему совсем не нравились.

— Ты хочешь, чтобы я провел оставшуюся часть ночи в другой комнате?

— То есть ты уже избавился от навязчивой идеи?

— Нет. — На самом деле, теперь, познав, что такое быть в ней, он жаждал Джози намного сильнее.

— Тогда зачем спать на диване?

— Ты сердишься на меня.

— Хочешь — верь, хочешь — нет, но в мои планы совсем не входит выйти за тебя замуж и обзавестись парочкой младенцев.

Эти слова лишь подтверждали, что Джози здорово разозлилась.

— Я рад, — повторил Даниэль, запоздало сообразив, что ему стоило быть более тактичным и получше думать прежде, чем что-то сказать.

Она раздраженно фыркнула:

— Даже к лучшему, что у меня не было никаких иллюзий на твой счет, не так ли? Сейчас они были бы разбиты вдребезги. Хотя ты мастерски управляешься с моим телом, Даниэль, но вот, что касается взаимоотношений — тут твои способности просто отвратительны.

— По крайней мере, ты наслаждалась сексом.

Эти слова ранили Джози гораздо сильнее, чем собственные печальные размышления.

Она закусила губу, с тяжелым сердцем прислушиваясь к тихим шагам Даниэля, когда тот прошел через комнату к ванной. Ее последнее замечание было неуместным и несправедливым. Даниэль выполнил все ее романтические фантазии, кроме одной, и он, действительно, никогда не обещал любви до гроба, так как испытывал к ней лишь сильное сексуальное влечение. Она знала, что ни брак, ни длительные отношения его не привлекали.

Джози сама не понимала, зачем спросила про малыша, разве только это объяснялось тем, что весь ее здравый смысл улетучился, пока они занимались любовью. Видимо, рассудок, погруженный в блаженный дурман оргазма, блуждал по рискованным тропинкам несбыточных грез, и конечным пунктом этого путешествия стал этот идиотский вопрос."

"Девушка хотела бы взять свои слова назад. Но еще больше Джози хотела, чтобы потребность в близости, а не чертова гордость заставила ее сказать, что она не желает, чтобы он спал где-нибудь в другом месте. Только гордость не позволила Джози показать, насколько глубоко ее ранил откровенный до грубости отказ Даниэля.