Желая тебя

С совершенно ошеломленным выражением лица девушка придушенно пискнула:

— Ничего себе!

Глава 7

Даниэль запоздало подумал, что, возможно, не стоило позволять Джози видеть его обнаженным, пока они не подошли к той грани, за которой уже нет пути назад.

— Это всегда такое большое?

Да будь он проклят, если негодница не выглядела явно заинтригованной.

— Только, когда я сильно возбужден.

Джози закатила глаза, и, поджав губы, произнесла:

— Я девственница, а не идиотка. Это мне известно. Я имела в виду, он у тебя всегда такой большой, когда ты возбужден?

— Вообще-то, я никогда не измерял.

— О! — Ее лицо вытянулось. — Значит, ты не знаешь наверняка, насколько он большой?

— А что, это имеет значение?

Как ей вообще удавалось болтать без умолку? Единственное, чего ему сейчас безумно хотелось, — овладеть ей и не отпускать до тех пор, пока они оба полностью не обессилят.

Девушка пристально рассматривала набухшую мужскую плоть невинно распахнутыми зелеными глазами, а затем, облизав пересохшие губы, неуверенно произнесла:

— Никакого. Просто я кое-что читала…

Интересно, что за дрянь она читала, если там всерьез обсуждались размеры мужских гениталий?

— Знаешь, Джози, теория обычно сильно отличается от практики, — проворчал Даниэль слегка волнуясь, что девушка могла счесть его размеры менее впечатляющими, чем те, о которых говорилось в книге.

— Просто ты первый мужчина, с которым я так целовалась.

— Ты что, хочешь сказать, что прежде не целовалась?

— Да нет, просто раньше мне никогда не хотелось, чтобы поцелуй получил продолжение. Я даже и не представляла, насколько приятно, когда мужчина позволяет ощутить вкус его языка.

Колени Даниэля ослабли:

— Ты вела себя так, словно абсолютно не желала этого.

— Ага. Как много возможностей я упустила, потратив впустую уйму времени. К несчастью, в тот раз я подумала, что ты всего лишь желал придать большую правдоподобность нашему маскараду.

— Вовсе нет.

— Теперь я знаю, — сказала Джози, а потом, бросив на него взгляд из-под густых черных ресниц, еще раз облизала язычком влажно поблескивающие губки и спросила: — Может, повторишь? На этот раз только для меня.

Даниэль не мог поверить, что она попросила об этом.

— Ложись.

— Зачем? — спросила Джози, недоуменно хмурясь.

— Я хочу посмотреть на тебя, — ответил Даниэль, а про себя добавил: «И особенно на то, что скрывают твои плотно сведенные бедра».

— А я хочу поцелуй.

— Но сначала ты ляжешь.

— А ты за это меня поцелуешь?

— Да.

Джози послушно улеглась на спину, вся ее фигурка вытянулась в струнку и будто одеревенела, как у спящей монашки. Даниэль не смог сдержаться — губы сами собой расплылись в улыбке. Сейчас Джози воплощала в себе одновременно и невинность, и страсть. Взрывоопасная смесь.