Купеческая дочь замуж не желает

 Мы прибавили ходу, но вскоре Тарин отрывисто бросил мне.

— Сидеть здесь и никуда не лезть!

И сам рванул в сторону шума.

Минуты две-три я честно сидела в коляске, напряжённо прислушиваясь к шуму на дороге. Но он не утихал, а потом вдруг среди криков мне послышался голос Иртэна, и тут уж я не выдержала, резко толкнула кучера в плечо и рявкнула.

— Гони туда!

Кучер оглянулся на меня, что-то хотел сказать, но увидев мое лицо, молча захлопнул рот и хлопнул поводьями, лошади двинули ь вперёд.

На дороге шло сражение, это я поняла, как только мы подъехали ближе, так, что можно было все рассмотреть.

На обочине дороги двое мужиков бандитской наружности торопливо связывали моих дорожных рабочих, попутно награждая их пинками и зуботычинами, ещё один налётчик стоял с обнаженным мечом, охраняя пленных. А на самой дороге с бандитами сражался Тарин, чуть подальше отбивался от двоих наседавших Иртэн, ещё чуть в стороне стрелял из арбалета Тимей, и даже успешно, один из бандитов с воем покатился по земле, из ноги торчал болт арбалета. Несколько мужиков крестьянского вида размахивали цепями и косами, не давая полностью окружить Иртэна и Тимея. Но силы были явно неравны, бандитов было больше.

Ещё двоих увидела, которые пытались тащить под уздцы лошадей — тяжеловозов, впряженных в каток и грейдер. Те боялись шума и чужих людей, ржали и вырывались. Пока я пыталась осмыслить картину происходящего и сообразить, как и чем я могу помочь своим, как вдруг резко качнулась коляска, кто-то запрыгнул в нее с противоположной стороны, к моей шее приставили что-то холодное и острое. Я скосила глаза, стараясь рассмотреть, что это. Радостного было мало, это был кинжал и, наверное, острый. И вкрадчивый голос за моей спиной произнес."

"— А вот и милая хозяюшка пожаловала! Прикажи-ка этим идиотам бросить оружие и отойти! И тогда твоей нежной шейке не будет больно!

И для убедительности нажал посильнее на кожу. Да, кинжал был острый. Не скажу, что я не испугалась. Испугалась и даже оцепенела на несколько секунд. Но когда по шее потекло что-то горячее, во мне начала разгораться самая настоящая ярость и злоба. Я даже сама не представляла, что такое может быть и что вообще это такое. Я сама себе представлялась неким сгустком вихря и пламени. Для начала заорал дико бандит, приставлявший кинжал к моей шее. Он отскочил от меня, кинжал со звоном вылетел у него из рук. Я обернулась на его крик. Странный бандит орал и тряс руками.

Странный, потому что не был похож на бандита, вполне себе аристократического вида молодой мужчина. Не переставая орать, он замахнулся на меня кулаком.