Купеческая дочь замуж не желает

Сиди себе дома и торгуй потихоньку, а покупатели сами будут приезжать к тебе.

Ещё зашла на кухню, предупредила Малию о том, что завтра придется печь хлеб на ярмарку. Для домашнего стола мы и так уже перешли на выпечку хлеба в формах. Нового в тесте ничего не было, но пользоваться было удобнее. Лимке скажу завтра, а то опять загодя начнет переживать.

В спальне опять пообщалась со своей розой. В горшке уже бодро торчал куст из трёх стеблей. Один стебель цвел, второй только формировал бутон, а третий просто активно зеленел пока. Сообщив кустику, что вскоре посажу его на клумбу, попросила его не капризничать и приспосабливаться к жизни на воле. Я понимаю, что это почти что шиза, но я уже привыкла. Кроме того, я теперь не только тепло кистей рук ощущаю, но, как мне кажется, замечаю слабое светящееся облачко вокруг рук. Вроде как перламутровой вуалькой окутываются руки, когда я тщательно сосредотачиваюсь на каком — то действии. И с каждым разом всё легче мне это даётся.

Глава 29

Глава 29

Разбойник

Стухнут звезды, стухнет месяц,

Стихнет песня соловья,

В чернобылье перелесиц

С кистенем засяду я.

У реки под косогором

Не бросай, рыбак, блесну,

По дороге темным бором

Не считай, купец, казну!

Руки цепки, руки хватки,

Не зазря зовусь ухват:

Загребу парчу и кадки,

Дорогой сниму халат.

В темной роще заряница

Чешет елью прядь волос;

Выручай меня, ножница:

Раздается стук колес.

Не дознаться глупым людям,

Где копил — хранил деньгу;

Захотеть — так все добудем

Темной ночью на лугу!

Сергей Есенин

А утро принесло новости, всякие. Вначале я, как обычно, пообщалась со своей розой и с удивлением поняла, что:

а) Мне уже не надо зажмуриваться, тепло поднималось, откуда — то из меня и текло свободно по рукам.

б) Я вижу небольшое переливающееся облачко вокруг цветка, когда разговариваю с розой.

Это были хорошие новости.

Только спустилась вниз, как в холле увидела встревоженного Димара, озабоченного Милаша, тут же присутствовал и Тарин, которого я вообще редко видела, и серьезный Тимаш. Я испуганно замерла сусликом у лестницы:

— Что случилось? Тимаш, Димар?

Димар нервно улыбнулся:

— Да ничего особо серьезного не произошло, не переживайте так, лэрина! Вот Тимаш сейчас все расскажет.

Я отмерла и позвала всех в столовую, а то у меня от страха во рту пересохло и, подозреваю, что все ещё не завтракали. Тимаш чувствовал себя не в своей тарелке малость, но быстро успокоился и начал рассказ.

— Так после того, как вы нас предупредили, лэрина, мы, сталбыть, все сети новые по хатам унесли, лодки тоже на остров угнали. А на шестах самое рваньё развешали из сетей, вроде как висят сети. И на ночь стали сторожа оставлять из наших. Он у костерка сидит и за лодочными сараями приглядывает. Ну и вообще, смотрит.