Майор Бойцов желает познакомиться (СИ)

— Ти-имур… Как это приятно… — стону.

Прикрыв глаза, откидываюсь на твердое плечо и позволяю пальцам майора делать между ног всё, что заблагорассудится.

— Хочу… тебя попробовать, — он сообщает, разворачивая моё полурасслабленное тело на спину.

— Что? — приподнимаюсь, уперев локти в кровать и испуганно на него смотрю. — Не-ет… Я не хочу, Тимур. Пожалуйста, не надо.

Смущаюсь ужасно.

— Хочешь, — усмехается он, устраиваясь ниже. — Ты вся трясешься от того, как хочешь."

"— Это от недосыпа. Мы уснули полтора часа назад.

— Сейчас проснешься, фенистилка. Покажу тебе то, что ни одна баба сама себе не сделает.

— Хватит называть девушек бабами, Тимур, — недовольно выговариваю. — Это неприятно. Всё равно, что я тебя бы называла, скажем, дядькой.

— Блядь, как хочешь называй, — хрипло смеется он. — Поверь мне, тебе очень тяжело будет обозвать так, как я ещё не слышал.

Тут же смолкает и нахмуривается, будто лишнего сболтнул.

— Это почему это? — настораживаюсь.

Наблюдаю, как выражение заспанного лица Бойцова несколько раз меняется. Сначала становится задумчивым, затем превращается в брезгливое или такое, словно увидел что-то крайне неприятное. Вместо ответа он снова тянет мои ноги на себя, ухватывается под коленками и медленно раздвигает их.

Оба застываем.

Я в оцепенении и ужасе. Он — в немом восторге.

— Гладкая…

— Угу…

Электроэпиляция творит чудеса.

— А вообще, Лер…

— Что?

— Здесь тоже рыжая? — вопросительно приподнимает брови и снова смотрит.

С ума меня сводит.

Я думала после двух совместных ночей, Бойцов уже не сможет меня смутить, но ошибалась.

— Нет, — злюсь. — Там я жгучая брюнетка, блин. А подмышками вообще темнокожая, прикинь?

Раздраженно закатываю глаза под мелодию гортанного мужского смеха. Его веселье передается и мне, поэтому я счастливо откидываюсь на подушки. В конце концов, кто я, чтобы мешать ему?..

— Мне нравится, когда ты такая, Валерия…

— Какая? — спрашиваю в потолок и вздрагиваю, когда теплые пальцы снова касаются… там внизу, раздвигают половые губы и находят сверхчувствительный после ночного сексуального марафона клитор.

— Настоящая, женственная.

— Я? Женственная? — морщусь.

— Очень. Особенно когда смущаешься. Как сейчас. Перед этим…

Боже. Заткни этого мужчину, а?..

Вздрагиваю от прикосновения влажного языка.

Ну, хотя бы так…

Заслоняю лицо ладонями и окунаюсь в восхитительный, чувственный водоворот. Интуитивно выгибаюсь навстречу мужчине. Раскрываюсь.

— Хорошо?

— Так… так се-бе, — рвано отвечаю и получаю отчетливый шлепок. — Ай, блин.

Смеюсь недолго, потому что мой майор добавляет к языку пальцы. Ласково вводит во влагалище сначала один, затем подключает второй.

— Хорошо, Тим… — Признаюсь, путая пальцы в коротком «ежике» на затылке. — Просто чудесно.