Майор Бойцов желает познакомиться (СИ)

Во-первых, воспринимает меня всерьез, во-вторых, не дарил мне фаллоимитатор, и к той истории вообще не имеет отношения, в-третьих, я с ним не тра…

В темно-серых глазах загорается недобрый огонек. Тимур делает шаг на меня и мне приходится тоже отступить.

— Но это только пока, — договариваю на выдохе.

— Пока? — совершает ещё шаг. — Хочешь сказать с Яшей... тоже будешь?

Облизываю пересохшие губы, тем самым привлекая к ним внимание.

— Тоже «потрахаешься и забудешь»? — усмехается Тимур.

— Тебе какая разница?

— Отвечай.

Моя спина упирается в шершавый ствол дерева.

— С Яшей не забуду. Он, кстати, твою теорию про «свободных» мужчин развеял. Потому что Яков — из «одиноких». Оказывается, не все рассуждают так, как ты. Поэтому с ним могут и серьезные отношения завязаться.

Слева от нас вдруг слышатся голоса, и я вздрагиваю от неожиданности, когда Тимур наваливается сверху и прикладывается губами к моему рту. Поцелуй жесткий. Такой, что даже немного больно становится.

Пытаюсь вырваться.

— Что ты? — вдыхая жадно воздух, спрашиваю.

Вспышками в сознании та ночь. Мне казалось, я всё забыла, но нет. Вкус Тимура мой организм идентифицирует как «тот самый» и по телу прокатывается судорога.

— Ш-ш-ш, — шипит он, посильнее припирая меня к дереву коленом. — Молчи и целуйся, стажерка. Там, в лесу, кто-то есть…

Глава 15

— Тимур, — шепчу тихо, упираясь пылающей щекой в колючий подбородок. Трусь об него впрок, мысленно запечатываю это ощущение в предварительно выдержанную в духовке пол-литровую банку и закатываю металлическую крышку с помощью специальной машинки, а сверху бережно прижимаю наклейку с надписью «Мой небритый майор, 2024».

Морщусь, надо ж до такого додуматься? Но представляю всё же как убираю ту самую баночку далеко-далеко. На дальнюю полочку в голове, за мозжечок.

Смотрю в темно-серые глаза.

— Там никого нет уже давно. И вообще, вряд ли кто-то был… Так и скажи, что ты считаешь вас, мужчин, особенными. И вам можно трахаться с кем угодно, а я с тобой переспала без отношений, и ты теперь считаешь, что я шлюха.

— Ты дура, а не шлюха, — бормочет он, снова завладевая моим ртом.

— Сам дурак, — отправляю в его губы. — Самодур."

"Матушки-батюшки! Они точь-в-точь как в нашу единственную ночь. Ни капельки не изменились. Жесткие и одновременно нежные.

— Там никого нет, Тим… — снова откланяюсь, собирая ткань его кофты на широких плечах. — Алёша, блин.

— Есть, — хрипло смеется он. — Мы семейная пара, Таня, и мы целуемся. Расслабься. Тебе ведь нравится.