Я буду ждать тебя (СИ)

— Я сейчас в шаге от того, чтобы набить твою морду, превратив в кровавое месиво, — честно говорю, от чего мерзавец смеется, запрокинув голову назад.

— Это так-то ты обращаешься с будущим тестем, да? — делает обиженное лицо, как маленький ребенок, у которого украли конфетку прямо на детской площадке.

— Ты мне не тесть, — указываю на него пальцев, — и никогда им не будешь. Я расстаюсь с Кристиной, — категорично, даже немного повысив голос. Вдруг он глуховат стал на одно ухо? — Нам оказалось не по пути с твоей дочерью.

— Вот значит как, да? — молча, киваю, снова намереваясь выйти из палаты. Мне осточертело тут находиться. Стены больницы давят на меня, а все эти запахи вызывают неприятные ощущения. — Ты же раньше на амбразуру готов был прыгнуть ради нее, а сейчас даешь заднюю. Довел Кристину до такого состояния и уходишь, да? Этого никогда не будет! Мы все выйдем отсюда как большая и дружная семья, Артур. Перед журналистами вы покажитесь, как жених и невеста, чтобы весь мир об этом узнал. Иначе твоя милая Видана точно не спасется из автомобильной аварии. В прошлый раз же промахнулись.

Все происходит как в замедленной съемке и как будто бы со стороны. Вот я вроде как стою на месте, прожигая убийственным взглядом Князева-старшего, а уже в другое мгновение наношу ему точный удар в лицо, пустив кровь с первого раза. Потом еще один и еще. Просто не разбираю, не понимаю, что именно творю. Даже не чувствую боли в правом боку и животе, являющихся ответкой Андрея Борисовича. Лишь только когда кто-то хватает меня сзади за руку и крепко удерживает, прихожу в себя и оглядываюсь вокруг.

Мы с мерзавцем устроили драку прямо в больнице, покалечили друг друга знатно, кричали так сильно, что к нам медбратья прибежали и оттащили друг от друга. Вот теперь ощущаю удары Князева на себе. Он смог и мне вред причинить. Хотя я поступил гораздо хуже. Не меня же сейчас кладут на кровать, чтобы осмотреть повреждения. Знатно отделал ублюдка. Ну и поделом ему. Не будет шантажировать и угрожать.

— Что тут происходит? — уфф, вот только верещаний Вероники Юрьевной для полного счастья и не хватало. Сидела бы себе на месте и ждала появление мужа. Нет, ей приспичило тут появиться, расширив от ужаса глаза и приложив ладони к лицу. — Андрей? — подбегает к мужу, взяв его руку, словно бы он умирает, и она его больше никогда не увидит.

Как же тошно от их показушных чувств. От презрения к ним есть желание плюнуть на землю, показав им, что они жалкие и никчемные людишки. Да все вокруг знают про измены Князева, про его моделек в номерах отелей, про скандалы, связанные с деньгами, которые хотят получить его пассии. Но ведь он политик, богатый человек, а значит все ему с рук сходит, на все глаза закрывают.