Я буду ждать тебя (СИ)

Она же подумает, что я расстелилась перед ней ковриком, об который можно легко ноги вытереть при любом удобном случае, но на самом деле я всего лишь пускаю ей пыль в глаза.

— Рауль, — немного в руку Клемана ногтями впиваюсь, чтобы привлечь к себе его внимание, ведь он неотрывно глядит на собственную сестру, наверняка, уже в уме прокручивая момент, когда сможет от нее избавиться. — Мы тут с твоей сестрой кое о чем поговорили, — старательно строю из себя полнейшую дурочку, чтобы все присутствующие мне поверили, особенно Полин. — Я думаю, что ты должен, — бросаю косой взгляд на довольную девушку, сложившую руки на груди, — позволить ей взять твой самолет.

На секунду вокруг тишина образуется. Никто не говорит, кажется даже и не дышит, сердце не бьется у людей. Какое-то прямо дежавю. Слишком часто после произнесенных слов возникает вот такая ситуация. Только сейчас с шоком в глазах Рауль поворачивается ко мне и пару секунд как экспонат в музее разглядывает со всех сторон. Наверняка, ищет признаки сумасшествия в моем поведении. Но я же вполне себе здорова, лишь мыслей коварных полным-полно. В душе я выгляжу, как Гринч, задувший очередную гадость для людей.

— Ты сейчас верно шутишь, да? — улыбка Рауля тут же меркнет, после столкновения с моим непроницаемым взглядом. Да, мой милый, я сама серьезность. Такой уж я ненадолго стала. — Полин, — разгневанный поворачивается к сестре, которая и глазом не моргнула, что боится своего старшего брата. Как стояла в непринужденной позе, так и стоит до сих пор. Поражаюсь ее выдержке, — что ты такого Видане сказала, что она вдруг на твою сторону встала?

— Да ничего такого, братик, — от ее невинности аж блевать хочется. Тоже мне ангел во плоти, под стать своей подруге Князевой, которая как-то странно улыбается, словно бы знает все грани ее характера и наслаждается этим. — Просто рассказала твоей девушке, — от ее сладкого голосочка у меня точно пятнами от диатеза все лицо покроется. Прямо милая, сахарная девочка, показывающая себя такой очаровашкой. — как бы мне хотелось отпраздновать свое двадцатилетие, — столько лет, а дури в голове как у непутевого подростка с замашками ребенка, — на борту самолета со своими самыми близкими друзьями. Видана меня поддержала, — многозначительно смотрит на меня, как бы подбадривая на дальнейшее развитие разговора.

— Не будь таким букой, Рауль, — прижимаюсь к нему всем телом, старательно игнорируя злобный взгляд, направленный со стороны Парфенова. Даже на ментальном уровне ощущаю, как он буравит мне спину. Еще чуть-чуть и там точно дырка останется размером с футбольное поле. — Пусть Полин развеется, отметит, как следует торжество.