Жажда власти 2

– Это решительно невозможно, – голос Владыки Золина, вещающего перед Регентским Советом с объёмного экрана системы правительственной связи, звучал подчёркнуто спокойно. – Более того, я настоятельно рекомендую Регентам всячески избегать самой темы каких бы то ни было изменений в условиях проведения валютной эмиссии. Её параметры были просчитаны до мелочей и полностью соответствуют нуждам Империи. Подчёркиваю, они оптимальны и не требуют доработки.

– Мы ни в малейшей степени не сомневаемся в компетенции специалистов Великого Доминиона Ица-Уэрги. – раздувший спинной капюшон герцог Тототль буравил Владыку Золина пристальным взглядом змеиных глаз и слегка вибрировал языком в знак уважения."

"Тототль был гибридом ныне усопшего Императора Ксиухкоатля и женщины-Пэчуа, и в отличие от полноценных Пэчуа язык Регента не был чёрным и раздвоенным. Вместо змеиного языка в пасти Тототля вибрировал монолитный розовый язык, чем-то напоминающий язык Теков, только вдвое более длинный и узкий. В процессе гибридизации речевой аппарат Регента сохранил большинство функций Пэчуа, в том числе отображающие эмоции языковые вибрации, и вибрирующий розовый моноязык Тототля у стороннего наблюдателя создавал впечатление, будто герцог-Пэчуа пытается лизать воздух. Остальные Регенты-Пэчуа, которых за последнюю сотню лет в императорском дворце скопилось почти пять десятков, несмотря на явную склонность Эсктервита зажигать порталы Ловчей Сети за счёт их жизней, имели точно такие же языки, из-за чего эмоционирующая фракция герцогов-Пэчуа, собравшихся вместе, являла собой довольно забавное зрелище.

Но в данный момент это забавное уродство не вызывало у Владыки Золина ничего, кроме тщательно скрываемого раздражения. Герцог Тототль, пробившийся в лидеры фракции Регентов-Пэчуа, всячески противостоял герцогу Седженэму, оспаривая его лидерство в Регентском Совете. Из-за этого противостояния явного лидера у Регентов до сих пор не возникло. Более того, реагируя на затянувшуюся борьбу за лидерство, все старшие заседатели так или иначе претендовали на эту негласную должность. Кроме разве что герцог-адмирала Атля. Сам Атль избрал позицию независимого консультанта в Регентском Совете по военным вопросам, который занят ведением боевых действий и снисходит до общения с Регентским Советом исключительно тогда, когда у него имеется на то время. При этом фактически Атль не подчинялся никому, выполняя лишь те приказы генштаба и указания Регентского Совета, которые считал правильными.

Подобная позиция Атля устраивала и Регентов, и Золина. Бесполезные болваны, гордо именующиеся Регентским Советом, переадресовывали Атлю все проблемы генерального штаба, ибо во всём этом никто ничего не понимал и возиться не хотел.