Жажда тебя

Были и другие, причем много, просто те смерти не вызвали резонанса, оказались обставлены, словно гибель по естественным причинам. Тут мне на ум приходят несчастные случаи со студентами, становится совсем дурно, тошнота подкатывает к горлу.

- Что же он мог там найти? – шепчу сдавленно.

- Я мечтал лично обыскать Маяк, хотел осмотреть каждый угол, а потом понял, важнее забрать тебя из универа, чем изучать башню. Доверил задачу Демиду. Но план сорвался. Никто не стал врубать освещение в ночь награждения. Объявили тревогу.

Перед глазами возникает лицо Арины. Я смотрю прямо в дуло пистолета и сама этого не осознаю. Гремит выстрел.

Проклятье. Как избавиться от жутких воспоминаний?

Меня передергивает. Теперь даже горячие ладони Захара на моих плечах не дарят ощущение защищенности. Холод расползается под кожей, паника затмевает мой разум.

- Соня, - говорит парень и крепче сжимает мои руки. – Я здесь. Всегда рядом. Я закрою от любой опасности.

Я улыбаюсь. Слабо. Рассеянно. Робко. Я очень хочу верить ему, но понимаю, всего не предугадать. Нужно оценивать ситуацию трезво. Никто не всесилен. Взять хотя бы Германа Громова. Этот могущественный человек не сумел найти убийц родного сына.

- Я знаю, - отвечаю тихо, отстраняю крупные ладони Захара лишь для того, чтобы переплести наши пальцы. – Я верю.

Раздается гулкий стук в дверь.

Проклятье. Разве мы ждем гостей?

- В подвал, - говорит Захар. – Живо. Помнишь, как оттуда выбираться? Двигаешься прямо по туннелю. Снаружи ждет тачка.

Парень обхватывает меня за талию, выводит прочь из кухни таким образом, чтобы мы не проходили мимо окон, где нас могут заметить с улицы. Он чеканит мне на ухо инструкцию, невозмутимым тоном выдает один пункт за другим.

- Подожди, - бормочу я. – Не надо. Нам нельзя разделяться.

- Почему?

- Плохая примета, - нервно усмехаюсь. – Разве ты не знаешь об этом по фильмам ужасов?

Его лицо остается абсолютно невозмутимым, и я понимаю, что стоит объяснить отсылку, хотя слова даются мне с огромным трудом.

- Самая жесть начинается после того, как герои разделяются, - роняю глухо. – Сразу возникают монстры или маньяки. Люди погибают или попадают в капкан. Это уже известный штамп. Классика.

- Я мало смотрел телевизор.

- Ну в кино ты точно ходил, - истеричный смешок вырывается из горла. – Вряд ли на романтические комедии или на исторические драмы.

- Я там ни разу не был.

- Серьезно? – поражаюсь. – Черт, чем ты вообще занимался?

- Учеба. Тренировки, - парень криво усмехается. – Дед обеспечил насыщенный график. Поверь, скучать было некогда.

Я открываю рот, чтобы пообещать, будто мы все обязательно исправим, но фразы забиваются глубоко внутри, когда опять раздается настойчивый стук. Теперь звук нарастает, становится гораздо громче.