Жажда тебя

Или ты хочешь, чтобы тебя поймали и отправили за решетку?

- Соня, зачем ты со мной играешь?

Я протягиваю к ней руку, а она замахивается этим дурацким подсвечником. Черт, я же выбью его за секунду. Но меня тормозит другое. Ее взгляд. Весь ее вид. Моя Соня становится чужой, как будто отгораживается стеной. Прячется за маской.

Чистое безумие. Бред.

- Я не Соня, - бормочет девчонка и нервно кусает губы. – Ты хоть иногда слушаешь? Я не знаю, в чем твоя проблема и знать не хочу. Наверное, тебя бросила твоя девушка, и ты решил залить горе алкоголем. Пошел в клуб, надрался до чертиков и вцепился в меня. Но, парень, пойми главное – я не она. Ты поймешь, когда протрезвеешь.

- Ты говоришь как Соня, - чеканю. – Не только голос. Сам тон. Твои слова. Фразы. Да все. И ты выглядишь как она. Двигаешься. Пахнешь. На вкус такая же. И целуешься. Ты же ответила мне. Откликнулась.

- Я рада! – вопит девчонка. – Рада!

- Рада выебывать мой мозг? – рявкаю и подступаю вплотную. – Рада наворачивать гребаное вранье?

Она ударяет меня подсвечником, а я даже не осознаю, куда приходится удар. Стою перед ней и деревенею, врастаю в пол.

- Это мое имя, - заявляет девчонка. – «Рада». Имя такое. Понимаешь? Радослава. Так меня родители назвали.

Что-то царапает под ребрами. Или рвется? Я решаю разобраться в этом потом, здесь и сейчас волнуют совсем другие вопросы."

"- Кто тебе помог? – спрашиваю. – Кто тебя спрятал? Кто купил квартиру? За чей счет слепили новую биографию?

- Господи.

Она отшатывается и вжимается в стену, подсвечник выпадает из ее пальцев и катится по полу.

- Ты точно ненормальный. Выследил меня. Забрался в мою квартиру. А теперь задаешь такие вопросы, от которых мороз по коже. Я студентка. Понимаешь? Я обычная студентка. Никто не делал мне никакую биографию. Что ты несешь?

- Скажи мне правду, Соня.

Она всхлипывает, лихорадочно мотает головой. По ее щекам стекают слезы, но я ни хрена не могу с этим сделать. Тупо наблюдаю за истерикой.

- Рада, - твердо повторяет она. – Меня зовут Рада.

- Зачем ты лжешь?

Подхожу и обхватываю дрожащие плечи, сдавливаю и встряхиваю, вглядываюсь в затуманенные глаза.

- Кто тебе угрожает? – спрашиваю. – Кого ты боишься?

- Т-ты, - запинается. – Ты меня убьешь?

- Нет, - оскаливаюсь. – Я видел твои похороны однажды. Мне не понравилось. Но еще хуже было ощущать, как твое тело холодеет в моих руках.

- Так ты… убил ее?

- Кого?

- Ну ее, - она сглатывает, а потом смотрит на меня так, что весь воздух из легких одним махом выбивает: - Эту девушку. Свою Соню.

- Я бы никогда не причинил ей вреда.

Грохот в дверь. Как удары грома. Охранники ломятся внутрь. Я воспринимаю их активность фоном. На посторонних мне наплевать.

Девчонка волнует. И сильно. Я узнаю в ней Соню, но лжет она так убедительно, будто сама верит в каждое слово.

- Отпусти меня, - требует.