Жажда тебя

Да кто вообще назначил этого унылого задрота психологом?

Мы с Захаром переглядываемся, обмениваемся выразительными взглядами, не сговариваясь.

- Дохляк распустил нюни, сказал, я занимаюсь газлайтингом. Черт знает, что это значит, но когда он подписывал мне документы на допуск к учебе, его реально потряхивало. Придурок добавил, будто я смесь нарцисса и социопата, если решу кого-нибудь грохнуть, то сделаю все чисто, полиция ничего не найдет. Конечно, здесь я спорить не стану. Кто захочет попадаться на крючок ментам? Я припрячу труп с умом. И надеюсь на вашу помощь. Без лишних вопросов, просто берете и приезжаете с лопатами, куда скажу.

Ладно, признаю, не все рассказы Джокера милые, зато он сам обладает ангельской улыбкой и лучистыми глазами. Трудно обижаться на такого парня."

"- Короче, мой психолог сдулся, - вздыхает Артем. – Придется разбираться самому. А вообще, я подумываю закончить курсы и тоже начать прием. Ну почему бы и нет? Много не надо. Кивай, поддакивай клиентам и стриги с них бабло.

- Психолог? – кривится Захар.

- Что тебя удивляет? – хмыкает. – В нашей семье одни психи. Вполне логичный выбор специальности с моей стороны. Хотя от психолога покрепче я бы не отказался.

- Да тебе психиатр нужен.

- Попрошу без обид.

- Факт.

- Ты нарушаешь мои личные границы.

- Говорит парень, вломившийся в наш дом.

- Охренеть, - присвистывает. – Как ты круто выразился. «Наш». Сладкая парочка. Я начинаю ревновать, причем путаюсь, кого и к кому, но эти ваши сопливые шашни бесят.

- Это называется отношения, - заявляет Захар.

- Стоп, - хмурится. – Вы забыли пригласить меня на свадьбу?

- Мы встречаемся.

- Соня, какого черта ты сделала с моим братом? – нарочито испуганно спрашивает Джокер. – Когда он разучил такие жуткие слова? «Встречаемся»? «Отношения»?

- Мы и тебе пару найдем, - улыбаюсь. – Не волнуйся.

- Только этого не хватало!

Он подскакивает и медленно качает головой.

- Ну нет, не смейте заражать меня вашей любовной любовью. Обойдусь. Я волк-одиночка. Обойдусь без слюнявых нежностей. Все, пора перекурить.

- Ты не куришь, - усмехается Захар.

- Теперь ты понял, как вы меня довели.

Артем выходит на улицу. Цербер вприпрыжку мчится за ним, судя по треску ткани опять вгрызается в штанину.

- Чудище, отвали! – рявкает парень, но звуки борьбы явно говорят, что сила на стороне противника.

- Гаденыш свалил, чтобы не мыть посуду, - бросает Захар.

- Я так и поняла, - не удерживаюсь от смешка.

Мы убираем со стола вместе, обмениваемся короткими, ничего не значащими фразами. Потом зависаем над раковиной: я мою тарелки и кастрюли, передаю Захару, чтобы он вытирал и раскладывал по полкам. Остатки еды отправляются в холодильник.

Я закусываю губу, разглядывая десерт, к которому никто не притронулся. Набор пирожных покрыт воздушным кремом.