Жажда (СИ)

Руки у него были измазаны чем-то черным, и он на ходу вытирал их куском непонятной ветоши. Первая мысль, которая у меня проскочила, это то, что такой грязной тряпкой можно только испачкаться и какой смысл вытирать ней руки? Не знаю почему — застыла на месте, хоть секунду назад собиралась идти домой. Парень шел к нам и смотрел на меня. Я стояла как вкопанная, чувствуя, что мне становится жарко.

— Ты к бабе Шуре заехал? — Сообщила очевидное в виде вопроса любопытная тетка Ольга. — Как хорошо! (это она, видать, от радости, что не придется заносить почту по адресу) — Возьми телеграмму. Папа твой выслал.

Парень продолжал в упор меня рассматривать и лишь мельком взглянул на протянутую руку, чтобы забрать небольшой желтый бланк.

— Что пишет? — подобные прямые вопросы меня всегда заставали врасплох. Хоть почтальонша спрашивала не у меня, но мне почему-то стало неловко.

— Вы же уже и так прочитали. — Парень глянул на нее без каких-либо эмоций на лице и еще раз скользнул по мне взглядом. Я лишь раз посмотрела на него прямо, и меня словно током ударило. Русые, выгоревшие на солнце волосы, немного заостренные черты лица, серые стальные глаза… ну просто наказание Господне, а не глаза! Сделав шаг в сторону, выдавила: «Спасибо-до свидания», и буквально взлетела по лестнице. Быстрым шагом прошла через сад."

"Оказавшись возле плиты — выключила газ и отставила кастрюлю с супом в сторону. Потом зашла в дом и посмотрела на себя в зеркало: старенькая темно-синяя юбка, сине-зеленая рубашка в клетку с короткими рукавами, на ногах коричневые тапочки, косынка на голове. Челка на лбу лежала некрасиво. Поправила ее. Сердце стучало, в висках пульсировала кровь. НА МЕНЯ НИКТО НИКОГДА В ЖИЗНИ ТАК НЕ СМОТРЕЛ! Дедушка, увидев меня, спросил:

— Почта приехала?

— Да. Письмо от мамы есть. Сейчас принесу. — Вернулась в веранду и, взяв почту, опять зашла в дом. Протянув дедушке газеты, я разорвала конверт и стала читать. Надо ли рассказывать, что перечитывала письмо раза три? Мысли путались и клубились.

— Ну, что там мать пишет? — Подал голос дедушка.

— Да ничего… такого… на, почитай. — Протянула ему письмо, и опять подошла к зеркалу. Мда… Сердце уже так не стучало, но мысли ураганом носились в моей голове. У нашей соседки был сын, и внуки. Двое, по-моему. Я лишь знала, что живут они недалеко от въезда в село. Баба Шура редко выходила на улицу и слыла довольно нелюдимой. Мы практически не общались, а потому точным количеством родни я никогда не интересовалась.

Вечером, по дороге на сенокос, задала дедушке мучивший вопрос:

— Деда…

— А? — спросил он, шаркая сзади.

— А у баб Шуры один сын?

— Да. Один. Колька… непутевый.

— А внуков сколько?

— Трое. А что? Чего спрашиваешь?

— Так просто… интересно стало.