Жажда (СИ)

Проговорив с Любой добрый час вначале в курилке, а потом за чашечкой кофе у себя в кабинете и получив пищу для размышлений, так как прояснить ситуацию с Мариной Нестеровой до конца не смогла, — погрузилась в раздумья.

В итоге несколько часов просидела словно истукан, глядя прямо перед собой и не имея ни сил, ни желания что-либо делать. Ближе к обеду пришлось признать, что внутри с каждой минутой увеличивается тревога. Понимание того, что этот день не закончится спокойно и обыденно — накрывало.

Влад. Его близость чувствовала нутром. Дать какое-то рациональное объяснение своему предчувствию не могла, но и сомнений не испытывала. Он был где-то поблизости. Беспокойство затягивало словно водоворот.

В итоге в три часа дня отпросилась у Львовны, и, выйдя из здания внимательно осмотрелась. Никого. Подумав, села в свою машину и поехала в центр, на Крещатик. Через полчаса припарковавшись у обочины, пошла гулять по Мариинскому парку.

Там приземлилась на скамейку и позвонила брату, чтобы позвать его на завтра в гости. Краем глаза заметила Войтовича-старшего. Он появился из ниоткуда и протянул огромный воздушный шар сладкой ваты на палочке. Расположился рядом, глядя на меня с улыбкой.

Закончив разговор, сказала:

— Привет. Спасибо.

— Привет, Даша. Меня ждешь?

— Да. — Ответила, отщипывая кусок от розового облака.

Он уселся в пол-оборота, вытянул ноги и облокотился рукой о спинку лавочки. Я, конечно, отметила этот собственнический жест, но комментировать не стала. Только теперь смогла как следует его рассмотреть. Изменился. Нет больше челки, — вместо нее короткая стрижка; первые морщинки у серых глаз; одет очень просто, но очень дорого; при разговоре присутствует легкий акцент — дань постоянному проживанию за рубежом…

— Все так же любишь сладкое? — усмехнулся, наблюдая.

— Ага.

— Хм, а глядя со стороны и не скажешь.

— Просто редко себе позволяю.

Ощущение от нашего общения складывало какое-то непонятное сюрреалистичное впечатление. Как будто и не было полтора десятка лет после последней встречи, а так, прошел год-два от силы. Подумаешь, уезжал человек по делам, вот вернулся — решили встретиться, поболтать, поделиться новостями.

— Ну и зря. Ты очень аппетитная раньше была…

— В девяносто четвертом я уже похудела, и насколько помню, ты не возражал.

— Это да. Просто ты мне запомнилась такой, какой была, когда мы только познакомились: мягкая вкусная девочка, русые волосы, зеленые глаза… скулы, за которые можно убить… — протянув руку, почти дотронулся пальцами, но почему-то остановился.

Встретившись с ним взглядом — замерла. Мороз пошел по коже. Ни грамма улыбки.

Только не подумайте, мне очень далеко до Киры Найтли.