Жажда

Вслух просить не решаюсь, но надеюсь, он по моим глазам догадается, прочтет немую просьбу.

Понимаю, эти парни не стали бы меня жалеть, обошлись бы со мной самым ужасным образом и в каком-то смысле их наказание заслуженное, особенно если исходить из чудовищных реалий «Клетки». Только все мое нутро протестует и встает на дыбы.

Я теряю надежду на контакт, но вдруг сталкиваюсь с двумя зелеными омутами льдистого хладнокровия.

Боже. Ну и взгляд. Колюще-режущий. Такой можно использовать как холодное оружие. Он точно лезвием полосует.

«Прошу, - бормочу мысленно. – Хватит, отпусти их. Я не хочу, чтобы из-за меня кого-то наказывали. Даже таких моральных уродов. Прекрати, помилуй их».

«Нет» - следует резкий ответ.

Я невольно вздрагиваю от того, как врезаются в меня эти невероятные зеленые глаза. Будто два кинжала сливаются в единое целое, входят под ребра.

Захар не станет менять решение. Это очевидно. Вопрос укрепления авторитета. Все и так посчитали наказание легким, наверное, ждали очередной мордобой, готовились делать ставки на тему того, сколько костей переломают психам, которые посмели тронуть чужое. Если же парень прервет расправу, то его посчитают слабаком.

Стоп. Я оправдываю насилие? Черт, да ему в кайф унижать людей, издеваться. Тут полно ублюдков, но Захар не особо страдает от такого расклада. Наоборот, он наслаждается.

- Куда дернулись? – рявкает так, что мое сердце сводит судорога.

- Т-там осколки, - запинающимся голосом говорит парень, который еще недавно выглядел смельчаком. – Т-только осколки ост-тались.

- И что это меняет?

- Ну мы, - запинается. – А как мы…

- Ртом собирайте, - хлестко заявляет Захар. – На поднос. Если хоть один кусок пропустите, заставлю сожрать.

Я закрываю глаза. Не хочу думать. Не хочу чувствовать. Скрыться бы. Исчезнуть отсюда.

Черт, я жалею этих парней? Но именно они вполне могли изнасиловать Арину. Почему нет? Мне угрожали. Так что их остановит?

Я снова смотрю вперед. Смотрю мимо, сквозь. Пустой взгляд скользит по людям вокруг. Нет сил анализировать. Местные порядки больше подходят для тюрьмы строгого режима.

Когда все заканчивается, парни спешат убраться из столовой. Проносятся, опустив головы, прячут взгляд. Но я успеваю разглядеть тонкие струйки крови, стекающие по их губам. На полу тоже остается несколько капель. Надеюсь, их раны не слишком серьезные.

- Выдыхай, - губы Захара почти касаются моего уха, горячее дыхание обжигает, заставляет поежиться. – Эти уроды выживут. От пары царапин не подыхают.

- Ты бы и правда заставил их съесть битое стекло? – спрашиваю тихо и сразу понимаю, что не хочу услышать ответ.

- Расходитесь, - бросает Захар столпившимся вокруг ребятам, а потом мягко обхватывает меня за талию, тянет, побуждая подняться.