Лунный жаворонок

Он на нее злится? Она только-только собралась с силами и хотела спросить его, но они уже дошли до амфитеатра и вопрос утонул в аплодисментах.

– Да-да, с возвращением, Фитц и Софи. Рады, что вам лучше. – Сэр Катон был слегка раздражен из-за того, что его прервали. Он постарался всех успокоить, но Декс, Марелла, Биана и Киф не послушались и побежали к ним.

Биана успела первой и тут же кинулась к Фитцу, обняв его так крепко, что он поморщился. Момент был бы трогательным, если бы Киф не сделал то же – он схватил Фитца и фальшиво разрыдался. Фитц, краснея, отпихнул их обоих.

– Побежден второкурсницей, – ухмыльнулся Киф, пихая друга локтем под ребра.

– У нас ничья, – возразила Софи.

Киф фыркнул:

– Да, конечно. Ты надрала ему задницу.

– Ага, – кивнул Декс. – Он врезался в стену куда сильнее тебя. И для меня это, кстати, самый лучший подарок, – добавил он шепотом.

Софи покачала головой. Он безнадежен.

– Даже наставники признали тебя победительницей, – добавил Киф, обнимая ее за плечи. – А если тебе не нужно прощать никаких проступков, то я с удовольствием воспользуюсь твоим…

– Киф! Декс! Марелла! Биана! Мне стоит напомнить вам, что урок все еще продолжается?! – прокричал сэр Катон.

– Подумай об этом, – произнес Киф и убежал к своему классу.

Фитц сел на скамейку рядом с Софи, наблюдающей за остальными одаренными – они практиковались в телекинезе с оставшимися шариками. Она старалась не волноваться, но все равно то и дело краем глаза поглядывала на друга, пытаясь понять, почему он до сих пор не заговорил.

– Почему вы с Бианой не дружите? – спросил тот через какое-то время. – Мне кажется, вы бы сошлись. У вас много общего.

Софи не знала, хочет ли иметь что-то общее с девочкой, которая так себя ведет.

– Думаю, у нее нет времени на нескольких друзей. Она постоянно с Марукой.

Фитц нахмурился.

Но не успела Софи ничего добавить, как леди Алексин принесла ее награду – небольшую золотую пластинку с выгравированной на ней буквой «П».

– Второкурсница, сумевшая выстоять против Фитца, заслуживает победы, – пояснила она. – Поздравляю, Софи.

– Спасибо, – она взглянула на Фитца – не злится ли он.

Он усмехнулся.

– Не могу не согласиться. – Но его улыбка погасла, едва леди Алексин ушла. – Ты и правда не знаешь, что это было?

– Правда… наверное. Но я помню, что использовала энергию из разума, – прошептала она, опасаясь поднять глаза. – Это же был не ментальный толчок, да?

Фитц даже не представлял, как сильно она нуждалась в положительном ответе. Но вместо этого он сказал:

– Надо спросить отца."

"Софи постаралась улыбнуться, но все равно ощущала себя так, будто сделала что-то не то. И тревога во взгляде Фитца подтверждала ее опасения.