Лунный жаворонок

Погоди, только не говори, что…

– Мам! – прорычала Стина.

Губы Кеслера дрогнули, словно он боролся со смехом.

– Мы не продаем бальзамов для облысения, Вика.

– То, что вы их не продаете, не значит, что не делаете, – надавила та.

Кеслер глянул на Декса.

– Ты тоже знаешь, как их делать, – напомнил тот.

– Я знаю, что это был ты, тупой ты йети! – заорала Стина.

Декс закатил глаза и ткнул ее за ухом.

– У тебя тут вмятина в черепе, в курсе?

Софи попыталась не рассмеяться, когда Стина накинулась на него со всеми своими костлявыми конечностями.

– Хватит! – прикрикнул Кеслер, разнимая их. – Контролируй свою дочь, Вика.

– С чего бы? Ты-то своих детей не контролируешь.

Судя по виду Кеслера, он хотел ее удушить, но вместо этого стиснул зубы и произнес:

– У нас есть бальзамы для роста волос. Можете взять за наш счет, и за неделю все отрастет.

– За неделю?! – взвыла Стина. – Я не могу идти в школу как какой-то… как…

– …как огр? – с ухмылкой подсказал Декс.

Стина заорала.

– Если моя дочь пропустит хоть один учебный день из-за твоего сына, я прослежу, чтобы он за это ответил, – крикнула Вика.

– Ничего не докажете, – пробормотал Декс.

– И не надо. От скверной крови ничего другого и не ожидают!

Дружелюбие на лице Кеслера сменилось очевидной яростью, и ему пришлось несколько раз вздохнуть. Софи не знала, что означает «скверная кровь», но, видимо, это было серьезным оскорблением.

– Ладно, значит, поступим так, – практически выплюнул Кеслер. – Вы убираетесь с глаз моих долой, и когда я закончу с покупателями, попробую придать лекарству большую эффективность. Если не смогу – пусть ходит в шляпе.

Вика пронзила его взглядом, но он и бровью не повел.

– Видимо, выбора нет, – презрительно бросила она. – В отличие от некоторых, мы не прожигаем жизнь, смешивая безумные лекарства в никчемных магазинах.

– Если он такой никчемный, почему все закупаются у меня? – парировал Кеслер.

Ответа у Вики, видимо, не нашлось, поэтому она накинула Стине на голову капюшон и потащила ее к двери.

– Ты у меня за это получишь, – пообещала Стина Дексу.

– Оооо, боюсь-боюсь.

Злобный взгляд Стины остановился на Софи:

– На что уставилась?

Та отвернулась.

– Ни на что.

Дверь снова хлюпнула, а затем захлопнулась.

Кеслер врезал кулаком по столу, отчего все вздрогнули:

– Стоит ли мне знать, что это было, Декс?

– Вряд ли.

Кеслер вздохнул:

– Будь осторожней, Декс. Ты же знаешь, как некоторые относятся к нашей семье – особенно Вика и Тимкин Логнеры.

– Ну, – тихо начала Эдалин, – твоя аптека делает все еще хуже. Может, если бы ты придерживался традиций…

– Ни в коем случае, – перебил ее Кеслер. – Ничто не радует меня сильнее аристократов, морщащих свои напыщенные носы.